Капитан усмехался к ответ. У него был собственный взгляд на цивилизацию и свои планы относительно города, который он не торопился покидать. Ежедневно Сикейра, взяв с собой в качестве переводчика Сауда, отправлялся во дворец для встречи с военачальником, который был ближайшим советником правителя Бенина, или, как предпочитал говорить капитан, «первым министром черномазого короля».
Матросы с утра до вечера валялись в тени под навесом галереи. Они почти не покидали дом, довольствуясь теми радостями, какие могут доставить ничегонеделанье, обильная еда да пальмовое вино, отлично утоляющее жажду и веселящее дух.
Диего же с утра до вечера бродил по улицам города, отдыхая лишь в часы полуденного зноя, когда улицы города пустели. Бенинцы скоро привыкли к нему и перестали рассматривать высокого белого человека как чудесную диковинку. Они приглашали его в свои дома и улыбаясь смотрели, как восхищался белый юноша тростниковыми циновками, расписными калебасами и глиняными мисками, в которых женщины ставили перед гостем дымящийся батат и козье молоко, остуженное в ключевой воде.
Очень скоро Диего приучил себя не высказывать шумного восторга по поводу какой-нибудь особенно понравившейся ему вещи, иначе эта вещь моментально становилась его собственностью: бенинцы были не только гостеприимны, но и щедры. Сколько калебас, стаканчиков, плетенных из волокон пальмы, и ярких тканей подарили они ему! Они готовы были отдать всю свою утварь гостю, посетившему их дом.
Однажды, в квартале литейщиков, человек с добрым, кротким лицом подарил ему красивый охотничий рог. Человека звали Осифо. Рог был сделан из цельного слоновьего бивня. Его украшали фигурки людей и животных, вырезанные с таким искусством, какого Диего не встречал у себя на родине. Особенно понравились Диего ползущие друг другу навстречу крокодил и змея. Как ни жаль было ему расставаться с этим замечательным рогом, но все же пришлось отдать его капитану, чтобы получить взамен несколько десятков стеклянных браслетов для подарков новым друзьям.
Иногда вместе с Диего прогулки по городу совершал и старый Сауд. Араб видел много стран, но и он, подобно Диего, восхищался разумной планировкой города, чистотой его улиц и целесообразным устройством домов.
Бенин лежал на плоской равнине, там, где маленькая дельта Нигера разливала в половодье свои потоки. Город был обнесен высокой крепостной стеной, построенной из двух рядов толстых бревен, плотно пригнанных одно к другому и прочно соединенных между собой; промежутки между бревнами заполняла красная глина. Стена окружала город с трех сторон, с четвертой простиралась непроходимая топь.
В Бенине было тридцать улиц. Главная — широкая и прямая — делила город на две части. В юго-западной, меньшей, части города возвышались дворец обба и дома знати, в большей жили простые горожане. От главной улицы под прямым углом отходили боковые. Вдоль улиц в большом порядке стояли одноэтажные дома, обмазанные красной глиной и крытые пальмовыми листьями. Стены домов были причудливо расписаны; столбы, поддерживающие кровли, украшены искусной резьбой. Все это содержалось в чистоте и опрятности, поражавшей португальцев. Жилые помещения состояли из четырех или шести комнат, двери которых выходили в открытый дворик. Вокруг дворика шла крытая галерея, служившая защитой и от палящего солнца, и от потоков воды, извергавшихся с неба во время коротких частых дождей.
Узнав, что в Бенине примерно 80 тысяч человек, Сауд сказал, что даже в Европе редко встретишь город с таким большим числом жителей.
Бенин делился на несколько самостоятельных кварталов. В каждом из них жили люди, объединенные по ремеслам: в одном квартале — кузнецы, в другом — ткачи, в третьем — кожевники, далее — резчики кости, мастера, изготовляющие посуду, и другие. В квартале, который назывался Игу-ер и который Диего посещал особенно часто, жили литейщики.
Высокие, хорошо сложенные бенинцы, или бини, как они себя называли, отличались своеобразной привлекательностью: продолговатые лица, большие миндалевидные глаза, широкий разлет ноздрей, полные, слегка вывороченные, но красиво очерченные губы. Черные курчавые волосы плотной шапочкой лежали на их головах, оставляя открытым высокий прямой лоб.
— Подумать только, — сказал Диего Сауду, когда они вместе гуляли по городу, — эти люди не боятся палящего солнца и даже в полдень не носят шляп.
— Это не так удивительно, как тебе кажется, — ответил Сауд. — Закрученные в мелкие завитки волосы защищают голову надежнее любой шляпы. Ведь между отдельными волосками-спиральками сохраняется воздушная прослойка. Она-то и не пропускает солнечный жар, как не пропустила бы на севере зимний холод.