— Раджеп Мадарасп, — вырвалось у меня само по себе, по привычке, когда зрение на секунду потерялось от большой капли слюны капнувшей прямо в глаз из пасти зверя.
И в эту секунду я осознал, что за миллисекунду до этого был назначен Восходящим, а предупрежденный мной симбионт не стал отвечать по поводу моего имени Наблюдателю и передал мне запрос на обработку. Оставалось только тихо застонать, когда со мной согласились и я был назначен Восходящим Раджеп Мадарасп. Зато я теперь точно знал, что каждый раз для Наблюдателей я был новым Архераилом. Пронеслось сообщение, что грязь и мерзость, позор, а потом умница и герой Восходящий Раджеп Мадарасп уничтожил мерзкую тварь — Архераил. Мне начислили традиционные очки славы в размере пятидесяти штук и бронзовая награда.
Я хотел бы уже выкрикнуть радостные вопли, пообниматься с парнями и потискать волчару, получил мыслеобраз от симбионта. Если с точки зрения простой математики вероятность подобного совпадения была на уровне нескольких миллионных процента, то если посчитать по теории вероятностей Тархана, то возможность такого события оказывалась почти в сто процентов, если предположить, что с выбором круга мне немного помогли. Рекомендации были помалкивать, я внял и заткнулся, изобразив тупого и непонимающего космо. Оставалось только найти объяснения лихо выхваченному пистолету и ножу, но и тут мне помогли.
— Червь поимей, да это что такое? — произнёс Агей, вынимая из моего криптора укороченный штурмовой комплекс, но без подствольника.
— В экстрамерности ещё одна штука есть, — произнёс я, выползая из-под выражающего чувства волка.
Кусь бросил облизывать и скакал словно козёл, со всех четырёх лап. Попробовал дать ему команду выражать радость в половину меньше. Моя ментальность за это время шагнула очень сильно. Волк замер, внимательно на меня посмотрел, а потом опять продолжил прыгать со всех четырёх лап, просто уменьшив высоту прыжков в половину.
Ладно, с моим ментальным общением надо разбираться, а пока выудил из экстрамерности и присоединил блок подствольника и показал коробку с гранатами. Я не знал, что в крипторе есть ещё какое-то оружие, но если дали штурмовой комплекс, то и подствольник наверняка положили. О том, что в крипторе такое оружие я даже и не догадывался. Просто некогда было смотреть, когда выхватывал Дефендер. Я точно знал, что пистолет есть, и где он, а всё остальное отложил на потом. Это была именно та самая модификация автомата, что использовали в земной колонии Вепря, но не репрлика, а оригинал из криптора. В чём-то он Суворову уступал, но имел и явные преимущества.
По рукам парней пошёл диковинный ствол, вызывая восторг.
— Помнишь, как тебя зовут? — спросил командир.
Я широко улыбнулся:
— Раджеп Мадарасп.
Вспомнились слова Тархана по поводу объяснений, откуда взялось такое ругательство у педантичных тавров. Наверное, да. Имечко, как для меня. Куда-бы я не сунулся, всем вокруг становиться непредсказуемо. Самый настоящий Раджеп Мадарасп, Раджеп Мадараспей некуда.
Агей глянул мою нашивку на шевроне и прочитал:
— Акапопулис Попандопулос.
Я ещё раз широко улыбнулся:
— Это по материнской линии. Очень сложно пишется и выговорить практически невозможно, все язык ломают. Поэтому просто Раджеп Мадарасп.
— Расскажешь о себе? — спросили меня.
— Эээээ. Не помню, — и я сделал реально глупое и неожиданное лицо.
— Нормально, — подал голос один из парней, — сработаемся. Никому не отдадим. Я знал одного из Барсов. Имя полгода вспоминал, а уже через неделю новичков на полигоне гонял. Он нас таким вещам учил. Мы крышку открыть не успели, а у него уже ствол в руке, даже криптор не одел, в зубах держал, — и все заржали.
Мы выдвигались. Кусь по-прежнему прыгал кругами. Находящиеся в темноте теневые хищники нервничали, что мы тут копаемся и не сваливаем, дав нормально поесть убитых тавров? Оставаться здесь становилось небезопасно. Видя, что волчара не притронулся к жратве, парни срезали с одного из тавров ногу и сунули в криптор.
Я отлично понял, что здесь происходило. Хельга по-прежнему сбрасывала в этот район капсулы и парни приспособились использовать моего волчару. Судя по всему, дикие тавры набегали почти всегда. Бойцы добывали капсулы с колонистами и уничтожали человеко-коров, а найтволк помогал им с пропуском по здешним местам, предотвращая нападения местных теневых хищников. В обмен на свободный проход, бойцы оставляли кучи дохлой говядины. Парни один раз уже охотились в моей компании и думаю, Кусь принял их в стаю или, как минимум, считал своими. Как только мы покинули полянку, из тени вышли те, кто не мешал нам охотиться, но претендовали на свою долю. Послышалось чавканье, хруст костей и копошение.