За спиной у нас были заросли кустарника, переходившие в густой лес с большими деревьями, через который проходило несколько глубоких ущелий, а впереди открытая местность с камнями и пятнами леса с густым дремучим подлеском. За это время все четыре группы подошли и тоже пока ничего не предпринимали. Одна группа укрылась за камнями метрах в трёхстах от нас, а вторая, которая образовалась из остальных трёх, как раз в таком небольшом лесу и разместилась. Недалеко, где-то в полукилометре от нас.
Нападавшие прекрасно знали возможности Суворовых и решили дождаться темноты, когда мы в полной мере не сможем использовать возможности своего оружия. Двести-триста метров — это не дистанция для автомата и чудовищная пропасть для множества рун и всех без исключения стрел и палок. Со стороны камней на нас осторожно поглядывали, на секунду высовывая рожи в совершенно непредсказуемых местах, исключая возможность прицеливания. Была, конечно, пара любителей поглазеть подольше, но Реверс, как наш главный снайпер, успевал подарить по точному попаданию между глаз и теперь на нас поглядывали мельком и искоса.
Думаю, по тем же самым причинам никто по опушке леса не шастал, а если и наблюдали, то из глубины подлеска. «Ночи ждут», — сообщил Агей, на что оставалось только согласно кивнуть. В темноте мы нормально стрелять издалека не сможем утратим большую часть своего преимущества. Всё очевидно. У многих были Руны ночного зрения, но не у всех, и работают они далеко не всегда прямо очень хорошо. Я слышал историю про одно горное поселение, которое решили атаковать ночью. Вначале осаждавшие дождались темноты и бросились в атаку, а защитники активировали Руны ночного зрения приготовились засыпать стрелами и заклинаниями негодяев, но те просто убежали и вернулись уже во второй половине ночи, когда у большинства защитников Руны ушли на перезарядку. Оставалось несколько уникумов, у которых ночное зрение было навыком, но их было немного и в и тоге обороняющихся добили, потому что своё ночное зрение нападавшие включили перед второй атакой.
Лучах Игг-древа показался силуэт летящей огромной птицы. Она неслась на приличной скорости, почти над самыми верхушками деревьев, и показавшись нам буквально пару раз.
— Свои! Сейчас им червя всунут! — крикнул один из парней, внимательно смотревший в сторону приближающегося летящего животного.
Птица летела специально, почти прижимаясь брюхом к верхушкам крон, чтобы остаться незамеченной, для наших преследователей, и пару раз слегка приподнялась, чтобы сообщить нам о своём прибытии. А затем промелькнула над нашей группой и проскользнула над первой группой преследователей. «Крылорез — содержит Звёздную Кровь», — увидел я пояснения в интерфейсе восхождения. На головы негодяев, свистя и рассекая воздух, стали падать знакомые иглы. Народ заорал, вжался в землю, вспыхнули рунные защиты и над головами показались деревянные или вытащенные из Рун щиты, а порой просто тряпки, которыми пытались прикрыться от падающих игл. Птица сделала разворот и пошла к лесу, где за нами шла вторая, более многочисленная группа.
Вспыхнуло штук пятнадцать огненных всполохов, разгорающихся и соединившихся в одно горящее озеро. Из огня, очень эффектно, завивая оставляемой турбулентностью воздуха языки пламени, ушла в сторону знакомая птица, с ещё более знакомой наездницей. Следующий заход был с использованием несколько иного, явно самопального боеприпаса, но изготовленного по весьма знакомым принципам. Вниз полетело четыре цилиндра, каждый из которых раскрылся на штук двадцать небольших шариков, которые взорвались над головами ждущих очередную партию игл людей из первого отряда. Грохнуло на высоте метров трёх, и по всей территории, где пытались укрыться негодяи, вздыбились выбиваемые осколками фонтанчики пыли, а редкие кустики устроили настоящий листопад из оторванной поражающими элементами зелени.
В Единстве народ либо очень защищённый, когда достигает высоких уровней на сильной бронзе или даже на серебре, либо совсем иначе. Бронзовый Восходящий наверняка переживёт попадание осколков и даже выскочит из объятого пламенем леса, но противоосколочной брони здесь не носят и почти все доспехи отлично пробивались подобными средствами поражения. Если человек не был защищён атрибутами Восхождения, то местных поделок явно недостаточно.
Это была моя рыба, а птица, та самая, которую мы хапнули, когда шли к островам Харай. Я много говорил со Склизкой о воздушных боях, преодолении систем ПВО и о том, как быть невидимым в чистом небе. Рассказывал, как не провалиться в воздушную яму и о том, что делать, когда на хвост сели твари Грани, выполнявшие роль истребителей у чудовищ изнанки. Мы об этом говорили задолго до нашего морского путешествия, даже не предполагая, что у нас появиться ездовая птица. Склизкой просто было интересно послушать, а я люблю об этом рассказывать. Никто не предполагал, что пригодиться.