— Посмотрите! Оно ведь не настоящее! Вернитесь! — он просунул руку прямо сквозь одну из извивающихся конечностей, но тварь немедленно обрела прежнюю форму.
Но не осталось никого, кто мог бы оценить такое проявление мужества. На другом берегу реки Прингл разглядел спины маленьких фигурок в тускло-коричневой рабочей одежде, которые становились всё меньше и меньше с каждой минутой. Он заметил, как люди скрывались в лесу. Огромный силуэт низко опустился над тем местом, где раньше лежала куча опилок, и рассыпался. Опилки лежали на прежнем месте, а Прингл остался один.
Возможно, сильнее всего Прингла раздражало то, что на сей раз механик убежал, не выключив двигатели, и поэтому все пилы работали на пустом заводе. Принглу пришлось идти вниз и самому поворачивать рычаг.
Почти стемнело, когда Прингл и Ларошель появились на лесопилке. Они выглядели странно. Прингл, кроме остальных вещей, надел маску и защитный нагрудник. Ларошель натянул старую футбольную каску, несколько свитеров и тяжёлый кожаный фартук работника лесопилки. Прингл нес фонарь; Ларошель — пятигалоннуто канистру с керосином и бензиновую паяльную лампу.
— Что вы собираетесь сделать, мистер Прингл? — спросила Асерия. Она сидела на № 1040.
Ларошель отбежал, чтобы запустить водный насос и размотать пожарный шланг.
— Собираюсь развести огонь.
— Вы хотите сжечь мой дом?
— Может быть…
— Почему бы вам не спалить всю лесопилку?
— Мы не допустим этого. Сначала мы собираемся намочить соседние штабели. Это рискованно, но какого чёрта!?
— Почему вы так хотите уничтожить мой дом?
— Потому что, чёрт побери, — Прингл повысил голос, — я возьму из этого бизнеса всё, что могу получить! Пусть это обойдётся мне в сотни раз дороже стоимости этих досок, но я не уступлю их тебе, поняла? Ты не даёшь мне загрузить доски. И это вредит мне. Тогда я могу поджечь их и покончить с этой ерундой. И ты меня не остановишь. Твои доски привязаны, поэтому ты не можешь забраться в них и оживить. Мы с Джо защищены, поэтому ты не сможешь нам навредить. А у твоих опилочных чудовищ нет шансов против паяльной лампы.
Асерия молчала. Единственными звуками были жужжание насекомых, звуки ударов по щекам, когда Прингл убивал назойливых москитов, шум автомобилей на шоссе и далёкие шаги Джо Ларошеля.
Затем Асерия сказала:
— Не думаю, что вы сожжете мой дом, мистер Прингл.
— А кто меня остановит?
— Я. Вы очень умно и храбро справились с моей магией, не так ли? И теперь вы говорите: «Хо-хо-хо, я теперь знаю все трюки Асерии».
— Да, — Прингл складывал обрезки и кору в кучу в стороне от штабеля. Из темноты послышался громкий свист — это означало, что Джо начал поливать водой соседние дрова. — Ну, Джо! — крикнул Прингл. — Лови конец этой веревки. Мы накинем веревку на штабель, как только вытянем пару досок, чтобы остальные не освободились.
— Хорошо, мистер Прингл. Идите сюда, — в полутьме раздались шаги, когда двое мужчин ходили вокруг штабеля, чтобы убедиться, что их смелое предприятие не пострадает ни от распространения огня, ни от неожиданной активности части досок.
— Очень умно, — продолжила Асерия. — Но я ещё раньше должна была вспомнить, что самая сложная магия не всегда самая эффективная.
— Ух… — сказал Прингл. Он плеснул керосина на штабель и поджёг его. Почти сразу же разгорелся большой яркий костер. — Нет ветра, — заметил Прингл. — Поэтому всё безопасно. Ну, Джо, давай вытащим первую доску.
Асерия, казалось, не обращала внимания на показное равнодушие. Когда Прингл и Ларошель опустили руки на доску, она сказала:
— Вы были так испуганы, когда я вселялась в них и оживляла, не так ли? И вы выстояли перед моим чудовищем. Но есть кое-что, чего вы боитесь больше досок или монстров.
Прингл только ухмыльнулся:
— И что это? Хорошо, Джо, поднимай! Не обращай внимания, если покажется, что я разговариваю сам с собой.
— Да. Профсоюзные организаторы, — сказала Асерия.
— Что? — Прингл ослабил хватку.
— Да. Вам понравится, если я организую ваших людей?
Рот Прингла открылся.
— Я могу сделать это. Я слышала, что они говорили, и я кое-что знаю о профсоюзах. А вы знаете меня. Я появляюсь, я исчезаю. Вы не сможете держать меня подальше, как мужчин из Американской Федерации Труда и Конгресса промышленных организаций. О, это была бы отличная месть за сожжение моего дома.
На протяжении тридцати секунд стояла тишина, нарушаемая дыханием мужчин и треском огня. Когда Прингл издал звук — это был звук задыхающегося, смертельный хрип человека, умирающего от жажды в пустыне.