— У тебя тоже нежный цветок, — сказала О.
— Я давно не брилась, правда… — застеснялась Алина. — Я так сильно влюблена в Артура, так сильно… до такой сладости в сердечке. Но я не могу с ним общаться. И он со мной не может. Я бы очень хотела, чтобы ты как-нибудь передала ему мельком, как сильно я его люблю…
— Я ему передам, — пообещала О. — Тебе он часто снится?
— О наших временах нельзя будет вспомнить без стыда за всех нас, — покачала головой Алина. — Почему мы осуждены быть прикованы к этой глупости, к этому Великому Гопнику?.. Я не хочу о нем ничего слышать! Для меня есть только Артур… У меня с ним такие сны! Представляешь… Я стою на балконе, на одиннадцатом этаже, а юные мальчики летают в воздухе и играют передо мной в футбол… превозмогают сопротивление воздуха… удивительно. Никогда такого искусства не видела…
— А где же Артур?
— Он был в первой части мельком, его склоненная голова над миром, а мир в тени… А потом он был просто самим тем воздухом, в котором летали все эти мальчики или парни, как с понтом назвать, я даже не знаю.
О. остановилась и посмотрела на подругу.
— Как ты хорошо сказала. Был самим воздухом!
— Все и так хорошо у него и у меня, но иногда видеть этого волшебного человека, иметь честь с ним переспать, это так ванильно, мечта жизни!
— Да, — снова улыбнулась О. — мужчины поднимают вокруг себя брезгливость, как жирную пыль. Но Артур твой — забавный. Сегодня за завтраком он залез под стол и страстно целовал мой «цветок»…
— Я видела. Это не новость, — вдруг холодно сказала Алиса.
— Прости, я думала… Я завтра поговорю с ним…
— Может быть, не стоит… так напрямую… против всех жизненных законов…и что я с тобой об этом говорила… Я представила все-таки этот импульс императива… мне чрезвычайно больно, боль в груди, что не продохнуть…
— Ну что ты, — смутилась О.
— Нам жизнь так редко открывает свои тайны! — вдруг с детской обидой воскликнула Алина. — Твоя идея… Порнография как искусство будущего? Ерунда. Она перестает быть запретной экзотикой. Это все лишь одна из практик любовной жизни.
— Ты лишаешь меня любимой игрушки! — вскрикнула О.
— Найди себе новую, — посоветовала Алина.
46. Случилась беда
Мы нашли ее в кустах шиповника неподалеку от пляжа. В белом платье. Случилась беда. Умерла Алина.
— Она умерла от глупости?
— Она не была глупой. Напротив.
— Да, но глупость передается половым и воздушно-капельным путем.
— А…!
Скорее всего, она стала очередной жертвой эпидемии, хотя Артур сомневался. Он говорил, что она покончила жизнь самоубийством. О. высказала предположение, что виноваты кабаны. Тут их много шатается по сосновому лесу.
Но, возможно, Артур снова отложил мысль жениться на ней, ссылаясь на свое семейное положение. Или она устала от его алкоголизма? Или она приревновала к О.? Или Артур ее убил, приревновав ее к О.? Или О. убила Алину? Почему бы и нет? О. всех убивает.
Мы похоронили ее на местном кладбище. Возле березы. Пахло шиповником.
После похорон Артур напился и стал приставать к О.
— Оставь ее, — попросил я.
Но он упорствовал.
— Тебе что, жалко?
И тогда мы поехали на Север.
47. Плачущий почтовый ящик
— Вы, конечно, знаете, что такое сейды? — спросил меня наш гид-оккультист, как только я с лиловым чемоданом на колесиках вышел на площадь перед мурманским аэропортом. За мной шел бухой Артур, которого держала под руку моя сестра О.
— Что-то слышал, — уклончиво улыбнулся я.
— Что-то слышал! — вскричал он надменно, гостеприимно вырывая у меня чемодан и приглашая присоединиться к нашему разговору моим спутникам. — Да вы, может быть, напрасно прожили свою жизнь, раз не в курсе дела! Знакомьтесь: я — Саша!
Кольский полуостров — пулеметная очередь определений. Это — миф, фантазия, утопия, дикость, северные сияния, хлябь, тысячи тысяч подземных минералов, богатство, деградация, военные базы, холод, продирающий до костей, семга, саамы, поморы, поморки — в общем, иконописный народ. Балдеешь от обилия впечатлений. Кольский полуостров залег за полярным кругом огромным валуном, нависшим над узкой полоской Белого моря. Сама его форма горячит сердца поклонников альтернативной истории. Ведь не в Африке, а именно здесь, согласно их теории, находится колыбель человечества, первое мировое государство — Гиперборея.
Гиганты четырехметрового роста, они клали похожие на Кольский полуостров валуны на мелкие камни, и эти странные образования, сродни огромным телегам на колесах, стали их священными алтарями, капищами, короче — сейдами!