Кольский полуостров, если всмотреться в карту, похож и на огромный детородный член, толстый и властный, угрожающе повисший над Белым морем. Что значит этот увесистый географический намек, сказать трудно. На мой взгляд, он может быть как метафорой гиперборейской силы, так и обидным знаком для поклонников гиперборейцев: шли бы вы подальше с вашим бредом!
Мы ехали по краю света. Был ноябрь. Я специально выбрал для поездки позднюю осень, чтобы увидеть эту землю без прикрас. Но свет, который насыщал воздух, был сам по себе явлением. Он все превращал в графику: природу, людей, машины, собак, птиц и кошек — он снимал покрывала различных цветов и рисовал, исходя из своего представления о сущности вещей. Скупость красок давала представление об обнаженном мире костей и сухожилий. Это была природа чистилища — лишенная погремушек, но внушающая надежду на реальность существования.
Дорога уже давно превратилась в грязь. Мы подпрыгивали и охали. Мы приближались к прибрежному поселку Тиреберка — это к востоку от Мурманска. Тиреберка прославилась тем, что там сняли нонконформистский фильм «Левиафан», говорящий о подлости мира и лицемерии русского государства при Великом Гопнике.
Картина, снятая на берегу океана, была полна всяких возвышенных и пугающих символов. Но меня больше интересовал скалистый, дикий берег. На подъезде к океанскому берегу мы въехали в вонь горящей свалки. Это было противоестественное зрелище, потому что свалка была больше самого поселка и казалась чуть ли не вселенской. Зажав носы, мы пробирались через сизый дым и, буксуя на снегу и на помоях, наконец прорвались к океану.
До океана, впрочем, нужно было еще идти пешком, а береговой тропы тут не было. Я шел по зелено-багряным кочкам, запорошенным снегом, и вдруг почувствовал всю чудовищную силу заполярного ветра. Он так надавил на грудь, что казалось — медвежья хватка. Быстро смеркался полярный подслеповатый день. Открылся океан — ну, он был вровень по масштабу с Гипербореей: неслись длинные облака через все небо с такой скоростью, словно они хотели успеть на последнюю электричку, а волны серо-стального цвета, нарываясь на скалы, взрывались и пенились, как тексты архаических легенд.
Я вернулся в автобус уже в темноте. Артур с О. спали на сидении. Поехали ужинать в единственный ресторан. В больших окнах одноэтажной гостиницы, не защищенных занавесками, сидели по двое люди. Рядом с ними — подзорные трубы, на шеях — большие бинокли.
— Кто эти люди? — пробормотал я.
— Китайцы.
— Как китайцы? Откуда в Тиреберке китайцы?
— Они приехали посмотреть на северное сияние.
— Что? Из Китая сюда, за тысячи километров, посмотреть на северное сияние?
Может, мои провожатые шутят? Но когда мы в час ужина вошли в ресторан, чтобы съесть семги, пельменей из оленины и выпить местного пива, вместе с нами в ресторан вошла целая толпа низкорослых мужчин и женщин разного возраста, весело и громко говорящих по-китайски.
На обратном пути наш автобус неожиданно остановился, и водитель Володя воскликнул:
— Это оно!
Я выскочил на дорогу, запрокинул голову. За мной — О. За О., держась за больную голову, медленно спускался на землю Артур. Я видел северное сияние впервые. Оно было выдержано в зеленоватых тонах и представляло собой три перепаханных через все небо широких и внушающих какой-то мистический восторг борозды. Небесная, ни с чем не сравнимая живопись!
Артур рыдал.
— Если бы Алина могла бы увидеть это чудо…
Я валялся в своем номере в Мурманске на кровати и читал саамскую мифологию о конце света, когда ко мне постучался наш гид Сергей.
— А не хотите ли вы покупаться в нашем крутом аквапарке, сходить там же в сауну, поиграть на биллиарде? Не все же время вам ездить по стуже!
— А где аквапарк?
— Его велел построить Великий Гопник, по крайней мере, так говорят…
— Зачем построить?
— А в честь погибших подводников «Курска»…
Я привстал на кровати и внимательно посмотрел на Сергея:
— Правда, что ли?
— Аквапарк построили в поселке Ведяево, в ЗАТО, откуда «Курск» ушел и не вернулся.
Я сел на кровати, потом встал, в волнении прошелся по комнате. Конечно, я слышал про это ЗАТО.
— Хочу в аквапарк, — сказал я, — но как туда проникнуть?
— Достаточно русского паспорта и купальных трусов.
Нас остановили, проверили заявку на аквапарк, паспорта и багажник машины. Переспросили: