Очень бы хотелось, чтобы война не закончилась ограниченной ядерной войной, которая в рамках противостояния Россия-Украина поставила бы Европу в безвыходное положение. А что тогда делать Европе?
Слепая Европа идет на войну, морально и в военном отношении поддерживая теперь Украину, не зная, чем это ей в конце концов обернется. В храбрости ее уж явно не заподозрить, в трусости она никогда не признается, но вот взять Украину к себе в ЕС — это уже поступок.
74. Смерть философии ненависти
Политическая мистика в России понесла знаковую утрату. Погибла восходящая звезда этого направления, 29-летняя журналистка Дарья Дугина. О ее насильственной смерти в результате подложенной в ее внедорожник взрывчатки слышал почти что весь мир. Каждый, в зависимости от убеждений, видит эту трагедию по-своему.
Наиболее яркой фигурой русской политической мистики считается отец Дарьи, философ и политолог Александр Дугин. Его концепция настаивает на безусловном превосходстве мифической евразийской цивилизации над западным миром. Он заразил Дарью своей мистической затеей. Она, поверив в оккультные озарения, при нем исполняла роль помощницы, пресс-секретаря.
Как всякая религиозная доктрина, семейная идеология Дугиных делит мир на свет и тьму. Политическая мистика Дугина — достаточно примитивная вещь, построенная на убеждении, что у России великое будущее. При этом анекдотично выглядит то, что англосаксы, у Дугина виноватые во всех грехах, поддерживают цивилизациюморя, когда как Евразия без четко очерченных границ является божественным даром суши. Все это надо принимать или не принимать на веру. Сам Дугин проделал эволюцию от антисоветчика и философствующего полудиссидента до железобетонного оплота великогопнической диктатуры. Дарья не только уверовала в доктрину отца, но стала активной проповедницей ненависти к чужому миру. С начала русско-украинской войны ненасытная ненависть стала ее религией. Она выступала на разных площадках СМИ, восторгалась новой российской бронетехникой, а затем съездила вслед за русской армией в Мариуполь и насладилась военным успехом родины. (Она, возможно, и заплатила жизнью за свое ликование на заводе «Азовсталь», откуда взяли в плен его украинских защитников.)
Откуда взялась у Дугиных божественная Россия будущего? В какой-то степени это можно считать психологическим ответом на несчастья и беды России до-будущной, когда стыд за нищету, обшарпанные стены домов, вымершие деревни, дощатые сортиры по всей стране хочется преодолеть романтической мечтой о преображении страны в земной рай. Для такой политической мистики Дугин взял и смешал то, что смешивается с трудом: радикально правые воззрения с радикально левыми, а именно, нежную любовь к монархии, национал-большевизм, империализм без границ, популизм, православие, суровое поклонение традиции, включающей в себя широкое, возрожденное антисемитское движение «Черная сотня» с дореволюционной историей. Для достижение этой цели Дугин призвал в своей известной в интернетовской России видеокричалке 2014 года по отношению к украинцам: убивать убивать, убивать.
Теперь многие деятели российской оппозиции, да и комментаторы в Украине, пишут, что Дугин докричался до того, что пришла ответка, и отец стал виновен в смерти дочери.
Погибла ли Дарья случайно или на ее месте должен был погибнуть ее куда более знаменитый отец, неясно. Но взрыв произошел в Одинцовском элитном районе Подмосковья, где живет кремлевское начальство, и скорее всего этот взрыв был своеобразным приветом этому начальству. Сам Дугин, несмотря на то, что его порой называют новым Распутиным при Великом Гопнике, слишком опущен в политический мистицизм, чтобы управлять хозяином Кремля. Его идеи могут идти параллельно или пересекаться с мыслью Царя-пацана о реконструкции Советского Союза, но от бредовых дугинских идей суши и моря Кремль пока что держится далеко.
Жалко ли мне Дугина-отца, ставшего очевидцем уничтожения дочери? Где та шекспировская граница, когда уже никого и ничего не жалко, если твой оппонент оказался в лагере ненависти? В любом случае, смотря на обошедшее интернет видео Дугина, схватившегося по-библейски за голову на фоне горящей машины, где обуглилась его дочь, я не могу не испытать по отношению к нему иррационального или рационального сочувствия. Сам он случайно миновал гибель, в последней момент пересев в другую машину после летнего собрания единомышленников в Подмосковье. Горе отца священно.