Вольно! – скомандовал Бендер. – А сейчас, полковник, важное задание: организуйте мне встречу с Воробьяниновым .
Полесов принял стойку смирно и доложил:
– Воробьянинова в городе нет, Ваше превосходительство! Диктатор, вместе с сопровождающим его офицером, сегодня ночью уехал в Черноморск.
– Вы в этом уверены, полковник? – грозно спросил Бендер.
– Так точно! – Виктор Михайлович выпятил грудь колесом. – Был ночью на станции и лично проводил господина Воробьянинова до вагона.
Грозный адъютант Диктатора притянул обалдевшего Полесова к себе и сурово изрек:
– Слушайте меня, полковник, внимательно! Ждите дальнейших указаний и ничего не предпринимайте, собирайте сведения о противнике. Скоро выступаем! Готовтесь к сражениям!
Остап больно сдавил железными пальцами плечо тщедушного Полесова и еще более строже сказал:
– Полковник, еще одно важное задание! Внимательно следите за домом мадам Грицацуевой, а за безопасность маленького Ибрагима отвечаете лично перед диктатором. Ждите дальнейших указаний!
Оставив ошеломленного слесаря в парке, Остап рванул машину с места и скрылся. Полесов, вытянув руки по швам и онемев от неожиданно свалившихся на него большой чести и ответственности, горящими от восторга и страха глазами преданно смотрел в след таинственному соратнику великого Воробьянинова. Простояв по стойке смирно с пол-часа Виктор Михайлович, наконец, пришел в себя и бегом помчался в город, – нельзя было терять ни минуты!
В голове слесаря-интеллигента стучала восторженная мысль: «Он стал полковником и обличен доверием самого Диктатора! Действовать, действовать, действовать!»
Глава 12. Глаз змеи
– Мы нашли его, дон Базилио! – молодой итальянец преклонил колени и прижался губами к перстню на волосатом указательном пальце главы Семьи.
На массивном золотом перстне была изображена свернувшаяся в кольцо змея с поднятой головой и высунутым жалом. Казалось, что змея затаилась и готовиться к смертельному прыжку.
– Мы перешерстили весь Чикаго, мы нашли подлого предателя Альфонсо! – глядя в глаза крестному отцу, звонко произнес удивительной красоты молодой человек лет семнадцати-восемнадцати от роду.
– Молодец, Карло! Он сказал, где Алмаз? – дон Базилио положил руку на кудрявую голову юноши.
– Нет, отец! Пока нет, – Карло покачал головой. – Этот подлый пес молчит…
– Где он? – нетерпеливо сверкнул глазами дон Базилио.
– Лежит в багажнике моей машины, – склонил голову юноша.
– Ты знаешь, что делать, Карло, – Дон Базилио встал. – Поехали на наш Мост…
Было темно и сыро; моросил мелкий неприятный дождь. Карло открыл багажник автомобиля, достал большое цинковое ведро и поставил его на узкую гранитную ограду моста.
– Марчелло! – позвал он водителя машины. – Помоги мне!
Они вытащили из багажника другого автомобиля человека с заклеенным ртом и связанными руками, подняли его под руки и поставили на ограду моста ногами в ведро.
– Как здоровье, Альфонсо? – дон Базилио резким движением сорвал наклейку со рта пленника.
– Я… я все скажу! – жадно хватая воздух ртом и заикаясь, закричал Альфонсо. – Я искуплю свою вину! Дон Базилио, отец, отпустите меня! – пленник судорожно балансировал руками, стараясь сдержать равновесие и не сорваться в зияющую под мостом темноту.
– Карло! – придержи его. – Где Алмаз, где Глаз Змеи? Отвечай, грязный пес!
– Я потерял его, – ответил Альфонсо. – Я не знаю, где Глаз Змеи…
– Марчелло! – махнул рукой глава Семьи. – Начинайте…
– Да, отец! – Марчелло принес мешок с цементом, высыпал его в ведро, в котором стоял предатель, добавил воды из автомобильной канистры и принялся размешивать раствор строительным мастерком.
Альфонсо затрясся в ужасе и разразился страшными стенаниями:
– Не надо! Отпустите меня! Я скажу, я все скажу! Я зашил шкатулку с Глазом Змеи в сидение моего Форда.
Альфонсо зашатался и беспомощно замахал руками.
– Держи его, Карло! – дон Базилио вплотную приблизился к пленнику. – Ты сказал правду? Я не верю тебе, Альфонсо! Ты предал меня! Ты украл нашу святыню, Талисман нашей Семьи! Я доверял тебе, мальчик, я вырастил тебя и считал своим сыном. Зачем ты это сделал, Альфонсо? – дон Базилио погладил названного сына по голове.
– Отпустите меня, отец! Я смою позор, – я оступился, но я раскаиваюсь и смогу доказать свою преданность. Я сказал правду: в приступе безумия я похитил алмаз и спрятал в сидении моего автомобиля. – Альфонсо заплакал.
По лицу крестного отца было заметно, что он смягчился и у пленника появился шанс на спасение.