И вдруг, выхватив у Алекса из-за спины один из мечей, с криком бросилась на меня, как полоумная! Я свой меч уже сдала, какого рожна она кинулась на меня безоружную?! Я увернулась, откатившись по полу, вскочила, как ванька-встанька, в боевую стойку и крикнула:
— Вы что, совсем охренели?
А эта ненормальная дамочка опять на меня понеслась, как сто чертей! Только успевай уворачиваться. Алекс крикнул:
— Лови! — И бросил мне меч.
Я поймала, и как раз вовремя, чтобы отразить удар. Только искры с клинков полетели. С мечом она управлялась, может быть, и похуже Алекса, но тоже на уровне, так что пришлось мне весьма несладко. И чего она как с цепи сорвалась?! Бешеная!
Длился наш поединок минут пять-семь. Прыгала она, как на пружинах, ну и я старалась не отставать: не могла же я посрамить моего синеглазика! Я показала всё, на что способна, и дамочке этой заколку из причёски кончиком меча достала.
— Недурно! — рыкнула она.
Я уже была готова согласиться на ничью, но тут дамочка подставила мне ногу, и я полетела кувырком на пол, а она прыгнула сверху и приставила меч к моей шее.
— Весьма изрядно, милочка, — клыкасто улыбнулась она. И небрежно бросила Алексу, вставая с моей груди: — Неплохие ты воспитываешь кадры! Если это — средние успехи, то представляю себе, каковы отличные.
— Благодарю, госпожа президент, — ответил тот.
Президент?! Так это я президенту «Авроры» сказала: «Вы охренели?»
Упс…
Я встала. А госпожа президент заявила бодренько:
— Побольше бы таких кадров в «Авроре»! Виктория Безенчук, если не ошибаюсь?
— Не ошибаетесь, — сказала я, а про себя подумала: «Это неспроста».
И точно. Г-жа президент белоснежно улыбнулась и предложила:
— Не проголодались, Вика? Может, вместе перекусим?
Это было из серии: «Я сделаю вам предложение, от которого вы не сможете отказаться». Что делать? Спасибо Авроре за уроки самообладания — оно мне сейчас очень и очень пригодилось.
— Большое спасибо, госпожа президент, — ответила я со всей возможной учтивостью. — Я с удовольствием.
— Замечательно. Идёмте.
Что ж, посмотрим, что ей от меня надо.
Мы сидели на кожаном диванчике в пункте питания. За мощной дверью в ваннах с жидкостью лежали люди, а их кровь булькала в прозрачных пакетах, которые положили на наш столик.
Я исподтишка разглядывала президента «Авроры». Красавица, Снежная королева, что тут скажешь. Если в глазах Авроры были укрощённые молнии, то у неё — колкий искристый блеск инея. Дорогой светло-серый брючный костюм сидел на ней идеально, подчёркивая изящество её силуэта, и в то же время не слишком обтягивал и не стеснял в движениях. Она была безупречна… пожалуй, даже чересчур.
— Вы уже думали о своём будущем? — спросила она, откручивая пробку пакета.
— Да, подумываю, — ответила я осторожно.
Она отпила глоток.
— И как, надумали что-то?
— Ещё нет. — Пока что я говорила правду.
— А что так? — поинтересовалась она. — Пора как-то определяться, Виктория.
— Да, как бы пора… — Я тоже открыла свой пакет и сняла пробу. Кровь — мужская, группа первая, резус… скорее положительный, чем отрицательный.
— «Аврора» может открыть вам все возможности для успеха, — сказала президент. — Вы журналист по профессии? Можем устроить вас по специальности — куда захотите. Не хотите по специальности — что ж, любая другая стезя будет точно так же доступна вам. Возможностей достаточно.
— А если я хочу в «чёрные волки»? — бросила я «пробный камень».
— Что ж, думаю, проблем не возникнет. После того, что вы продемонстрировали, у меня нет сомнений, что у вас всё получится.
Я усмехнулась.
— Надо же! А если я в ваше руководство попрошусь — тоже пустите?
Она загадочно улыбнулась.
— Кто его знает, как высоко может вас завести ваша карьера… У такой талантливой девушки, мне кажется, всё будет идти как по маслу. Кто знает, кто знает…
Моя карьера уже и так завела меня… дальше некуда. Хотела состряпать сенсационный материал об «Авроре», копала, копала… и докопалась. Сижу сейчас, пью кровь с самой главной вампиршей.
…Которая распорядилась стереть мне память, заранее зная, что моя крыша этого не выдержит и съедет?!
Не знаю, откуда это взялось, но я как будто услышала её потаённые мыслишки, копошащиеся где-то на задворках её сознания. Так бывает, когда случайно подойдёшь к двери и услышишь обрывок чужого разговора, предметом которого являешься ты сам. Гаденькое чувство: вроде как подслушивать нехорошо, а с другой стороны — вроде случайно вышло. И что дальше? Как быть? Войти и сказать: «Всем привет, я всё слышал и теперь знаю, что вы обо мне думаете», — или сделать вид, что ничего не случилось?