Все вопросительно поглядывали на меня, стараясь понять, о чём я задумалась.
— Что-то не так, Госпожа? — спросил кто-то.
— Да сама пока не пойму, так или не так, — промычала я, кусая ноготь.
Нет, похоже, это именно то, о чём говорила Леледа. Я печёнкой чувствовала: это было оно. Сто семьдесят семь, но одного не хватает. Но почему «достойных»? Почему, скажем, не жуков? Кто такие достойные? Может, она имела в виду тех, чью жизненную силу эти жуки хранили? Одни вопросы. Паутина, ну почему ты молчишь?..
Жуки были самой ценной находкой, обнаруженной нами в Цитадели — ну, если не считать информацию, которая открылась мне в её стенах. Но как я должна была распорядиться тем и другим? Пойти к Юле и заявить: так и так, много тысяч лет назад наши предшественники развязали страшную войну и уничтожили сами себя, и мы сейчас стоим на пороге того же самого? Ах да, я же совсем забыла: ведь теперь я персона нон грата на территории «Авроры»! И вообще, у меня было такое чувство, будто рассудок её президента был не совсем в порядке… Вместо живой души, которую я чувствовала в ней когда-то, теперь был какой-то холодный бесформенный комок, изуродованный шрамами, морщинистый и неприятный.
Дальнейшее обследование Цитадели окончательно утвердило меня в убеждении, что здесь была военная база. Не храм, не культовое сооружение, а именно крепость, база, а также убежище. Были здесь жилые помещения и помещения технического назначения; внимательный осмотр выявил на поверхности камня следы обрабатывающих инструментов, очень похожих на современные и даже, пожалуй, более мощных. Это подтвердили специалисты-каменщики из нашей команды. Те небольшие огрехи, без которых не обходится работа, позволяли сделать выводы о типе и размерах инструментов, оставивших эти следы, и выводы эти не оставляли сомнений в том, что ручными они быть не могли. Невозможно было вручную, каким-нибудь тесаком или долотом проделывать такие операции. Алмазные пилы, фрезы, свёрла, буры, шлифовальные машины — всеми этими инструментами располагали строители Цитадели, и качество выполненной ими работы было потрясающим.
Никаких мумий или иных останков живых существ мы не нашли, но хватало и жуков. За такую находку не жалко было отдать жизнь. А вот открывшаяся мне правда о страшном конце крылатых повисла на моей душе тяжким грузом…
Возвращаясь из экспедиции, я боялась, что «Аврора» уже начала военные действия, но вокруг замка Великих Магистров было как будто тихо. Ворота замка открылись перед нами дождливой ночью, встречали нас Оскар и Вика с Конрадом.
— С возвращением, Госпожа, — приветствовал меня Оскар. И добавил, обращаясь к членам поисковой команды: — Приветствую и вас, собратья. Удачной ли была ваша экспедиция?
— Да, мы много чего узнали, — ответила я. — И кое-что привезли. Но об этом потом, сейчас рассказывай: как у вас тут обстановка? «Аврора» уже проявила какую-то активность?
— К сожалению, да, проявила, — доложил Оскар. — Она нанесла первые удары по периферийным владениям Ордена, уже есть потери.
Эта новость отозвалась во мне ледяным окаменением. Паутина болезненно завибрировала. Значит, началось…
— Замок она пока штурмовать не решается, — продолжал Оскар. — Мы потеряли три пункта питания, нападения на остальные пока успешно отражены.
Что ж, всё правильно. Первым делом — лиши противника продовольствия. Не будет питаться — не сможет драться. Три пункта питания — серьёзная потеря: с одного пункта кормится до трёхсот хищников.
— Каковы потери живой силы? — спросила я.
— Восемьдесят собратьев, — ответил Оскар. — Из них тридцать пять бойцов, остальные — так сказать, гражданские. Мирные собратья. Надо сказать, вы хорошо поступили, Госпожа, что в своё время обучили их самообороне: это очень пригодилось многим для выживания. Со стороны «Авроры» потери составляют тридцать бойцов.
— Что ж, соотношение потерь — яркий показатель, — вздохнула я. — Неважные пока у нас дела… Ну, ладно. Как у нас здесь, в замке? Как себя чувствуют дети?
Детьми занимались Вика с Конрадом, и, надо сказать, у них неплохо получалось. Вика и её помощники организовывали игры и всяческие развлечения, а Конрад вёл секцию самообороны, и тоже не один: ему помогали бойцы из замковой охраны, которым пока нечем было заняться. Многие дети, впрочем, грустили и беспокоились, хотели к родителям; я прошлась по комнатам и собственными глазами увидела унылые личики малышей, да и у старших был немного растерянный вид. Некоторым детям повезло: их папы были в охране и могли быть рядом с ними, другие же с завистью смотрели и лишь мечтали о родительских объятиях. Впрочем, все взрослые, как могли, старались успокаивать и подбадривать детей, и на детской территории атмосфера стояла в целом всё-таки тёплая и доброжелательная. Не обходилось, конечно, и без истерик, срывов и капризов, доложила Вика.