Вид у неё был озабоченный, слегка встрёпанный и замотанный: сразу было ясно, что ей приходилось крутиться как белка в колесе.
— Ты молодец, — похвалила я, потрепав её по плечу.
Конрад пользовался у детей большим успехом: малыши так и висли на нём, а старшие уважали его и слушались. Стоило ему войти в комнату, где плакал ребёнок, и спросить: «Ну-ка, что тут такое?» — как слёзы сразу прекращались, а их проливатель бросался к нему в объятия. От меня не укрылся тёплый взгляд Вики, который она бросала на него в такие моменты: наверняка она думала, что из Конрада выйдет хороший отец.
Когда я прибыла в замок, паутина ожила и задрожала. Я была уверена, что где-то должен быть сто семьдесят седьмой жук, и близость его чувствовалась отчётливо. «А не у Леледы ли он?» — осенило меня. Может быть, она получила его непосредственно от своих создателей? Паутина зазвенела утвердительно, и я, окрылённая, бросилась на поиски. Сперва я пошла по простому пути — навела справки у Оскара, и тот сказал, что все вещи Первого Великого Магистра хранятся в особой запертой комнате в подземелье замка.
— Ключ от двери, — потребовала я.
Оскар развёл руками:
— Я им не распоряжался, он был в ведении Ганимеда Юстины. А где он его хранил, я не знаю.
Я только досадливо рыкнула.
Разумеется, запертая дверь не могла стать непреодолимым препятствием между мной и недостающим жуком. Я приказала вскрыть замок без ключа.
— А что случилось, Госпожа? — встревоженно спросил Оскар. — Для чего вам понадобились священные вещи Первого?
— Как только я найду то, что ищу, сразу же расскажу, — пообещала я. — Возможно, от этого зависит наша судьба.
— Судьба? — переспросил он, изменившись в лице.
— Именно! — кивнула я. — Ты просто не представляешь, насколько это важно!..
— Эээ, кхм, гм, — прокашлялся Оскар, шевеля бровями. И обрадовал меня: — В таком случае, взламывать замок не придётся… У меня есть дубликат ключа.
Я посмотрела на него, приподняв бровь. Он смущённо улыбнулся.
— У тебя есть ещё какие-то секреты от меня? — грозно спросила я.
— Ну что вы, что вы, моя Госпожа! — заверил он. — Помилуйте, какие у меня могут быть секреты от Вашего Высокопревосходительства! Ключ в вашем полном распоряжении!
И вот, старинный большой ключ с гулким скрипом повернулся в замочной скважине массивной, окованной железом двери.
Оскар щёлкнул зажигалкой, и на полочке заплясало пламя свечей в канделябре, озарив скудным дрожащим светом маленькую мрачную комнатку со сводчатым потолком. На стенах висели полуистлевшие тряпки, бывшие когда-то одеждой, но меня это не интересовало. Гораздо больший интерес представлял алтарь с ювелирными украшениями, среди которых выделялся золотой ларчик, инкрустированный драгоценными камнями.
— Это? — спросил Оскар, кивая на него.
— Да, — сглотнула я, чувствуя холодок волнения.
— Это самая удивительная из священных вещей, — сказал он. — Этот жук, как говорят, появился из тела Первого в момент смерти.
— Из тела? — переспросила я, чувствуя звонкое натяжение всех нитей паутины, сопровождавшееся мурашками вдоль позвоночника.
— Да. Он материализовался над её грудью.
Оскар открыл ларчик, и я увидела жука. Точь-в-точь такого же, как остальные сто семьдесят шесть, найденные нами в Цитадели. Всё сошлось, нити паутины связались в узел! Значит, сила Леледы крылась не только в том, что её создали такой… Она владела силой крылатых, получив от своих создателей одного жука, а когда она умерла, эта сила покинула её и снова стала жуком. Значит, чтобы начать работать, жук должен как-то попасть в тело…
— Гм, вы обещали рассказать, Госпожа, — напомнил Оскар. — Вы отыскали Цитадель? Это как-то связано с ней?
Я взяла жука в руки, любуясь им в трепещущем свете пламени свечей. Тёплый… Удивительно. Я держала на ладони частичку существа, жившего много тысячелетий назад.
— Да, мы нашли Цитадель, — задумчиво ответила я. — И там мы обнаружили сто семьдесят шесть точно таких же жуков.
Оскар изумлённо уставился на меня. Я кивнула.
— Да, их всего сто семьдесят семь. Присядь, я расскажу тебе остальное. Присядь, присядь, потому что стоя ты вряд ли сможешь дослушать это до конца.
— Как-нибудь постараюсь устоять, — пробормотал он. В его глазах взволнованно плясали отблески пламени.