Итак, этот голый урод в ожерельях из косточек оседает со стрелой, не заметившей его защитного поля, в глазу, а я тут же перемещаюсь к ученикам. Нужно ведь оперативно порешать с ними, тогда купол падет.
Черт, меня атакуют духи! Вот же ж... Ай! Да где же ты, урод?
Какой-то резвый шаман заметил меня, и теперь мне приходится мерцать как ошалелому, постоянно меняя траекторию и не давая этим самонаводящимся гадостям облепить меня. Защита держит, еще не просела, но не люблю я рисковать из-за недомыслия или отвратительной подготовки.
Пугаюсь, если честно, и паникую. Но, в то же время, и очень быстро беру себя в руки. Однако, как и сказал, не люблю неожиданностей. А потому исповедую принцип: лучше день потерять, зато потом за пять минут долететь. Это вроде из какой-то старинной притчи о страусе. Ну или из мультика, не помню
О, вот он, сученок! Держи, тварь! Нет? На еще! Всё? Всё! Вот урод(отряхиваясь).
Но поднялась тревога. А это значит — действуем быстро, а не осторожно.
Зеленые уроды падали замертво, а я, как сама смерть, шествовал тяжелой поступью. Страшно и неотвратимо. Я уже уничтожил любого, кто мог быть защищен своими костяными амулетами, потому от моих тентаклей нет спасения. А здешние защитные амулеты меня удивили. Да. Они были сильнее, чем тот цыганский хлам, щедро свисающий с привычных уже орчьих шаманов. Видимо, это какие-то приспешники тамошнего Темного Властелина. Кощея бессмертного местного разлива, который щедро одаривает своих последователей своей мощью. Но это так. Фантазии, что б не заскучать, пока взбалтываю содержимое их многочисленных черепушек.
Когда же я добрался до края, то открывшаяся картина меня неприятно удивила. Люди. Точнее их теперь немногочисленные останки. И следы, много. В том числе и разнообразной жизнедеятельности. Детский носочек, например, особо остро врезался в глаза, и буквально выжег на сетчатке что-то наподобие прицела.
Здесь, очевидно, проводили переброску полона на свою сторону. Точнее, переброска-тр у портала, а тут формировали перегонные команды. И когда я ворвался к местному, полагаю, смотрителю этого вот «концлагеря», и который укрылся сейчас в своих покоях, то моим глазам предстало это.
Убавляя пафос отвечу, что благодаря тентаклям я уже знал, что там внутри, и это мне не понравилось, поэтому пошел лично.
— Человек, — пророкотала эта зеленая жаба, — Я уйду, и эта маленькая самка достанется тебе. Мои духи не вырвут из нее жи...
Мы не ведем переговоры с террористами! А шаман завалился со стрелой в глазу. Если б он им не был, то давно бы уже валялся с воздушным кремом из мозгов в своей толстой черепушке, а я даже и не стал бы заходить внутрь. Но он был под защитой.
Этот урод взял в заложники какую-то девчонку и угрожал мне ее жизнью в обмен на... На что? Да хрен знает, на что он надеялся. Я б его всё равно не отпустил.
Вот только то, что произошло дальше, навеки изменило меня. Хоть я больше никогда и не вспоминал этого.
Девочку звали Оля. Было ей всего 13. Она жила со своей дружной семьей в небольшом городке в пригороде областного центра. Мама, папа, младший братишка. Их всех убили. Отец пытался их защитить, когда пришли ловчие. Было это на прошлой неделе, когда никто еще не знал как действовать и чего ожидать, а пригороды еще не опустели. Но какие у него были шансы? Жена не пустила семьянина на первую битву, а потому он даже не смог задержать никого. Мама отдала жизнь отстаивая Егорку, который только начал ходить, а потому ненужен людоловам. Олю же схватили, когда она пыталась «выйти» в окно, осознав, что без родных её на этом свете уже ничего не держит. Но пращник знал свое дело, и девочка с шишкой на голове вдыхала следующие два часа пот какой-то неизвестной ей ящероподобной твари, через спину которой была перекинута.
Она провела две недели у этого Оу́мбна Га́а, который держал ее на привязи, как собачку. Ну или что там у них на их планете? Эти «костлявые» приходили уже вторую неделю, хотя мне так и осталась неясна их принадлежность. Ведь была Малая, а теперь и Великая Орда. Эти из чьих будут-то?