Нелишним будет напомнить, ещё один из пунктов в указе Петра III:
«Все дела, начатые по долгам крестьян и их неповиновению отставить (кроме смертельных случаев), поскольку не было чёткого указания, что с них брать. Однако если взято лишнее, то вернуть»!
К вопросу о том, что повинности крестьян в пользу церкви никогда и ни кем не были регламентированы, а это в свою очередь приводило к массовым злоупотреблениям.
Теперь давайте подытожим все вышесказанное и оценим оба варианта секуляризации .
Вариант Петра III (Елизаветы Петровны).
Все церковное имущество передается в ведение государства. Монастырские крестьяне становятся государственными и платят налог, в размере одного рубля с души мужского пола. Никакого сокращения монастырей нет, все остается по штату 1724 года. Принадлежавшие монастырям земли, мельницы, солеварни, рыбные промыслы сдаются в аренду, при этом учтены интересы самих монастырей, которым разрешено пользоваться своими бывшими вотчинами в личных целях: косить сено, заготавливать дрова, ловить рыбу и т.д. Расписано денежное довольствие церковников в зависимости от занимаемой должности. Все деньги поступают в монастырскую кассу, которая находится в ведении «Коллегии Экономии». Из этих средств производится выплата содержания, не только монастырских служащих, но и работников «Коллегии Экономии», а также инвалидов, находящихся на содержании. Остаток денег накапливается. Возможен вариант с помещением их в банк под определенный процент. Эти накопленные средства по мысли составителей манифеста должны идти на церковные нужды.
Вот собственно и все.
Секуляризация по плану Елизаветы – Петра III предусматривала упорядочение отношений церкви с крестьянами и установление государственного контроля над финансовыми потоками. Замена барщины и оброка, которые никем и никогда не регламентировались - единым налогом, избавляла крестьян от произвола чиновников (монахов), а контроль финансов - от воровства иерархов. Никакого неуважения к церкви в действиях Петра III. Церковных иерархов обидело то, что у них отобрали деньги, которые они считали своими личными и которыми бесконтрольно пользовались, а если быть более точным, то просто воровали. Они пошли на сделку с Екатериной и получили…
Вариант Екатерины II.
Здесь также, все церковное имущество передается в ведение государства. Монастырские крестьяне становятся государственными и платят налог, в размере полтора рубля с души мужского пола. Резкое сокращение количества монастырей. Монастыри не могут пользоваться своими бывшими вотчинами в личных целях. Как они будут выходить из положения это их личное дело. Расписаны новые (сокращенные) штаты и установлено денежное довольствие. Все деньги также поступают в монастырскую кассу, которая находится в ведении «Коллегии Экономии». После выплаты содержания остаток денег государство забирает себе.
Здесь все гораздо проще и прозаичнее. Вот, что пишет по этому поводу Елисеева О.И.
«Это был серьезный успех. «Похищение церковного богатства» на время наполнило казну и дало Екатерине необходимую «финансовую фору» для проведения реформ. Однако изъятие значительной доли имущества привело к окончательному подчинению Церкви государству. Даже если бы православные иерархи решили воспротивиться какому-либо начинанию правительства, им просто не на что было бы опереться в экономическом отношении, отстаивая свои позиции. Отбирая земли, Екатерина отбирала и долю авторитета Церкви. Отныне духовенство существовало на «жалование», как чиновничество».
Ольга Игоревна выдает желаемое за действительное.
Подчинение церкви государству это как раз вариант Елизаветы – Петра III, а вариант Екатерины II – это уничтожение церкви!!!
Утверждение Елисеевой О.И. о том, что вырученные от продажи церковного имущества деньги пошли на проведение реформ, это что-то из области научной фантастики, поскольку никаких реформ в ближайшие годы (пятнадцать лет) Екатерина не проводила. Никто из историков никогда не называл даже примерную сумму, полученную лично Екатериной II от продажи церковного имущества.
Дело как всегда и проще и банальнее. Мы уже упоминали, что раздача денежных сумм «доморощенным патриотам» и пышная коронация пробили в бюджете России довольно солидную дыру. Никто и никогда не озвучивал действительную сумму. Поскольку казна пуста, понятно, что деньги занимали, а вот, сколько и у кого, не известно. Полная тишина. Сумма довольно значительная, примерно пять-шесть миллионов рублей, такую, по щучьему веленью, не сыщешь, а отдавать надо. Вот сюда и пошли все вырученные от «раскулачивания» церкви деньги. Как видим, никаких государственных интересов, никаких реформ, сплошная «бытовуха», вызванная непомерным честолюбием Екатерины II. Понятно, что писать об этом не принято, поскольку, только что Петра III осуждали за развязывание войны с Данией при пустой казне.