Глава 13. Пьяный бунт 1762 года.
В среду, 12 июня Петр III отправляется в Ораниенбаум, а через пять дней – 17 июня Екатерина выехала в Петергоф. В день тезоименитства императора Петра III 28 июня 1762 года должен был состояться торжественный обед в Петергофе, где заговорщики и собирались арестовать императора.
Екатерина не зря так тщательно изучала переворот 25 ноября (6 декабря) 1741 года, в результате которого к власти пришла Елизавета Петровна. Саксонский посланник Петцольд в донесении своему курфюрсту Фридриху-Августу II раскрыл «секрет изготовления» государственных переворотов в России:
«Все русские признают, что можно делать всё, что угодно, имея в своём распоряжении известное количество гренадёров, погреб с водкой и несколько мешков с золотом».
«Мешок с золотом» – 100 000 рублей Екатерина заняла у английского купца Фельтона. На эти деньги братья Орловы закупили 35 000 ведер водки и 26 июня 1762 года начали спаивать гвардейцев. На следующий день, 27 июня 1762 года, один из преображенцев доложил дежурившему капитану Пассеку о безобразном поведении Орловых. Пассек, один из активных участников заговора на это донесение никак не отреагировал. Тогда солдат обратился к капитану Измайлову, а тот доложил майору Воейкову. Пассек был взят под стражу, а донесение о странном загуле гвардейцев и аресте капитана было отправлено императору в Ораниенбаум.
Узнав об аресте Пасека, Орловы заволновались.
Григорий Орлов поехал с этим известием к Дашковой, где застал Никиту Ивановича Панина, который всех успокоил, заявив, что не нужно ничего менять. Фёдор Орлов поехал с тем же известием к Разумовскому, но и тот тоже промолчал.
Кирилл Григорьевич Разумовский – несостоявшийся любовник Екатерины, младший брат фаворита Елизаветы Петровны, «ночного императора» Алексея Григорьевича Разумовского. Человек абсолютно не военный, но назначенный Елизаветой командиром Измайловского полка. При вступлении на престол Петра III он мог уйти в отставку (как сделал его брат Алексей), но в этом случае рисковал потерять не только должность, но и гетманство. Он был гетманом Украины и получал от казны ежегодно 100 000 рублей. От такой «кормушки» не каждый способен отказаться, вот и Кирилл Григорьевич не смог - предпочёл встать в строй. Понятное дело, ему это не шибко нравилось, да ещё и слухи пошли, что Пётр III собирается сделать гетманом своего ставленника Андрея Гудовича. Страх потерять положение и «кормушку» привел Кирилла Григорьевича в стан заговорщиков.
После ухода Фёдора Орлова Разумовский, решил подстраховаться и всё-таки напечатать манифест – так, на всякий случай. Напомню, что Разумовский был ещё и президентом академии наук. Он вызвал к себе содержателя типографии Тауберта и объявил тому, что «в подземельях академического дома сидят наборщик и печатник, для печати ночью манифеста о перевороте, а он Тауберт должен быть с ними и наблюдать за корректурой». Тауберт взмолился и просил избавить его от подобного поручения.
«Вы знаете уже слишком много, - сказал ему президент, - тут дело идёт о моей и вашей голове».
В письме к Алексею Орлову 7 июля 1789 года, спустя 27 лет после переворота Екатерина II писала : никогда не забуду 24 , 26 и 28 июня 1762 года. Понятно, 28 июня – день переворота. Дата 26 июня 1762 года стоит на первом варианте указа о воздержании от пьянства, собственноручно подписанном Екатериной. Позже этот указ был переписан, ему придали более официальную форму и Екатерина, вновь его подписала уже 30 июня 1762 года. На основании этого историк Бильбасов В.А. делает вполне логичный вывод, что Алексей Орлов привозил в Петергоф на подпись Екатерине 26 июня не только этот указ, а также манифест о вступлении на престол, который был подписан, но не была проставлена дата. Если следовать логике развития событий, то можно предположить, что 24 июня 1762 года состоялся сбор участников заговора, на котором было принято решение о перевороте, способ и дата его проведения. Косвенные подтверждения этому можно найти в мемуарах подельников. Екатерина описывает способ - арестовать Петра III в его комнате, а Дашкова указывает дату – начало выступления гвардии из Петербурга.
Итак, 17 июня Екатерина переезжает из Петербурга в Петергоф. 24 июня состоялся сбор участников заговора. Где? Скорее всего, там же в Петергофе, поскольку в XVIII веке загородные дворцы не охранялись военными часовыми. На собрании было принято решение о проведении переворота. Когда? Дашкова указывает на начало похода, но Петр решил задержаться на празднование дня Петра и Павла. Должен был быть праздничный обед и ужин в Петергофе у императрицы 28 июня 1762 года. Скорее всего, именно там, в Петергофе и планировали арестовать Петра III во время обеда или ужина. Учитывая отсутствие охраны это было вполне возможно. На это косвенно указывают и приготовления Разумовского К.Г. к печатанию манифеста. Тогда становится понятным и действия Панина Н.И. с Дашковой Е.Р. Выслушав рассказ Григория Орлова об аресте капитана Пасека Панин посчитал, что ничего страшного не произошло и ничего менять не надо. Все должно идти по плану. Именно поэтому Панин и Дашкова проспали начало переворота. Разумовский К.Г. манифест напечатал, т.к. обязан был это сделать к утру 28 июня.