Действительно в 1764 году открылся Московский императорский воспитательный дом – благотворительное закрытое учебно-воспитательное учреждение для сирот, подкидышей и беспризорников. В 1770 году открылся аналогичный воспитательный дом в Петербурге. Бецкой преследовал благую цель – воспитывать детей, которые в будущем сформируют «третье сословие» - станут работать на фабриках и развивать производство, будут успешными купцами или деятелями искусства. Прекрасная идея!
Изданное в 1776 году сочинение Бецкого под заглавием: «Собрание учреждений и предписаний касательно воспитания в России обоего пола благородного и мещанского юношества» дает возвышенное представление об этом создании Екатерины. Дидро, наблюдавший в Гааге за переводом и печатанием книги Бецкого, предпослал ей следующие строки: «Когда время и твердость этой великой государыни доведут их (эти учреждения) до степени совершенства, им доступной и уже достигнутой некоторыми из них, то Россию будут посещать, чтобы изучать их, как посещали прежде Египет, Македонию и Крит, но любопытство путешественника, смею я думать, будет на этот раз более обоснованно и лучше вознаграждено».
Польский историк Казимир Валишевский (1849 – 1935), написавший эти строки, уже прекрасно знал, чем всё закончилось, поэтому после сразу слов Дидро сделал небольшую ремарку:
«За последнее время многие иностранцы действительно приезжают в Россию. Правда, не совсем с той целью, о которой пророчествовал Дидро. Но, может быть, предсказание его ещё исполнятся в будущем».
Начнём с того, что благотворительных взносов явно не хватало на содержание воспитательных домов. Чтобы сбалансировать бюджет стали заниматься коммерческими операциями - получили монополию на производство игральных карт и создали два банка – Вдовью казну и Сохранную казну. Руководство расширяло свою коммерческую деятельность, увязая в контрактах, процентах и откупах, что стало источником коррупции на всех уровнях. Из поданной на высочайшее имя жалобы детей Московского воспитательного дома картина жизни будущих «строителей» новой России выглядит далекой от того идеала, что нарисовал Бецкой. Няньки нещадно обворовывали детей, забирая не только еду, но также одежду и обувь, а сотрудники заставляли работать на себя и попрошайничать на улицах. К детям применялись несанкционированные телесные наказания, которые приводили даже к попыткам самоубийства. Учителя брали с детей плату за обучение и параллельно обучали детей служителей, пренебрегая воспитанниками. Если на всё это наложить ещё и развратное поведение сотрудников, о котором говорится в жалобе, то картина будет просто удручающей. Опекунский совет, разбиравший жалобу, естественно не нашёл никаких нарушений и вынес вердикт – этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!
Понятно, что чиновники покрывают друг друга, но ведь Екатерина II знала о тяжёлом положении воспитанников детского дома. Ещё в 1775 году она указывала И.И. Бецкому, что дети худы, неловки, непонятливы и угрюмы, что они страдают болезнями глаз, что у них бледный цвет лица и вообще чахлый вид. Однако ничего сделано не было и через пять лет в 1780 году австрийский император Иосиф II, посетивший Московский воспитательный дом писал то же самое:
«Комнаты, где спят дети, просторные, но низкие, не пропускают воздух. Большинство детей страдает от глазной болезни. Воспитывают их обычно довольно сурово. Дом отстроен едва ли наполовину, и ещё отсутствует целый флигель».
Обратим внимание, что прошло шестнадцать лет, а дом всё ещё не достроен и никому нет до этого никакого дела! Понятно, что в таких условиях для бедных детей просто выжить уже было счастьем.
Императрица Мария Фёдоровна, принявшая дела по управлению благотворительными заведениями после смерти Екатерины II, в том числе и Московским воспитательным домом, писала Павлу I:
«По спискам, число детей принятых в Дом со времени его основания простирается приблизительно до 65 тысяч. Я усмотрела с горечью и удивлением, что из этого огромного числа не осталось в живых и семи тысяч».
Смертность на уровне 90% это неприемлемо даже для XVIII века! Всё это в стиле Екатерины II – главное пустить «пыль в глаза». Раструбили по всей Европе об открытии воспитательных домов, даже издали поучительную книгу, а дальше, хоть трава не расти! Екатерина II многое начинала, но ничего не довела до логического завершения. Как верно заметил Казимир Валишевский: