Много пишут о дружеских отношениях Екатерины II с французскими философами (Вольтер, Дидро, Д’Аламбер), о том покровительстве, которое оказывала императрица деятелям науки, литературы и искусства, её страсти к коллекционированию картин, книг, камей (2) и т.п. Действительно Екатерина длительное время переписывалась с французскими философами, вот только эта «дружба», так же, как и её «любовь» к искусству, основаны не на подлинных чувствах, а на твёрдой материальной основе. Как в старом советском мультфильме «Зеркальце».
«Екатерина была другом Вольтера и всех философов вообще. Ей нравилось – или она делала вид, что ей нравится, – общество писателей, ученых, художников. Она любила – или думала, что любит, – книги, произведения живописи, ваяния и архитектуры. Она купила библиотеку Дидро, библиотеку фернейского патриарха, и поставщики ее музеев, Гримм (3) и Рейфенштейн (4), выбивались из сил, чтобы удовлетворить всем ее требованиям. А между тем русская литература, наука и искусство мало чем обязаны ей. По отношению к Западу, она играла роль мецената, главным образом потому, что это служило ей рекламой». (Валишевский К.Ф. «Екатерина Великая»)
Екатерина II уничтожила созданный Петром III театр, закрыла музыкальную школу, где обучались будущие русские оперные певцы и музыканты, а вместо этого набрала актёров со всей Европы. Она ничего не понимала в музыке, но держала при своём дворе оперу, актёрам которой, платила большое жалование, только потому, что это было престижно, и потому, что о её щедрости будут говорить в Европе.
«В музыке я не продвинулась вперёд сравнительно с прежним. Из звуков я различаю только лай девяти собак, которые поочерёдно имеют честь помещаться в моей комнате и из которых я каждую издали, узнаю по голосу. Что касается музыки Галуппи (5) и Паизиелло (6), то я её слушаю и удивляюсь звукам, которые они сочетают вместе, но я её не понимаю». (Екатерина II)
По этой же причине Екатерина II, основала Эрмитаж и скупала по всей Европе коллекции картин, равно как и целые библиотеки книг, хотя ничего не понимала ни в изобразительном искусстве, нив литературе. Всё эти затеи дорого обходились российской казне, зато императрица «заработала» в Европе признание как «покровительница искусств»!
Когда братья Третьяковы собирают коллекцию картин из любви к искусству на собственные средства и дарят её городу (Москве) – это достойно восхищения. Даже пришедшие к власти большевики не решились переименовать Третьяковскую картинную галерею. А что выдающегося в том, чтобы скупать картины на казённые средства для прославления собственного имени?
Легко быть щедрым за чужой счёт!
Примечания:
- Пенька – грубое лубяное волокно, полученное из стеблей конопли. Пеньковая нить очень крепка, получаемые из неё ткани отличаются высокой прочностью, отчего пенька считается одним из лучших материалов для канатного и верёвочного производства.
- Камея – разновидность ювелирных украшений в виде вырезанного на камне выпуклого барельефа. Чаще всего камея представляет собой миниатюрный портрет человека, который инкрустируют в брошь или вставляют в медальон.
- Фридрих Мельхиор Гримм (1723 – 1807) – барон, немецкий публицист эпохи Просвещения, критик и дипломат. многолетний корреспондент Екатерины 2.
- Иоганн Фридрих Рейфенштейн (1719 – 1793) – немецкий художник-любитель, доверенное лицо императрицы Екатерины 2.
- Бальдассаре Галуппи (1706 – 1785) – итальянский композитор, автор многих комических опер.
- Джованни Паизиелло (1741 – 1816) – итальянский композитор, мастер комической оперы.
Глава 25. Гром победы раздавайся…
Как мы видели, никаких успехов внутри страны у Екатерины II нет. Многое начато, но ничего не закончено, не доведено до логического завершения. Остаётся внешняя политика и войны, вот к ним и обратимся.
В 1572 году умер последний представитель династии Ягеллонов Сизизмунд II Август (1), и польский трон опустел. До 1572 года в Польше избирали королей сначала из рода Пястов, затем из дома Ягеллонов. Когда окончательно вымерли оба рода, перед народом Польши возникла политическая дилемма: избрать королём одного из своей среды, как поступят в России через сорок лет (династия Романовых), или пригласить на королевский престол какого-либо из иностранных принцев. При всей скудности выбора поляки умудрились сделать роковую ошибку - они решили приглашать короля со стороны. Начиная с 1573 года, на польском троне за редким исключением, восседали иностранцы, однако, без права наследственной передачи власти. Польские шляхтичи упорно цеплялись за своё право избирать нового короля. Государственное устройство Польши на протяжении веков представляло собой странное смешение демократии с монархией. Это была республика во главе которой стоял король!? Ежику понятно, что подобная структура абсолютно не дееспособна.