Однако Екатерина, тут же нашла «козла отпущения» и выставила одним из виновников своих долгов… ВК Петра Фёдоровича!!!
«Великий князь также мне стоил много, потому что был жаден до подарков». (Екатерина)
Ну, вы всё поняли…
«Относительно денег Екатерина скоро обрусела и не знала им счёта. В своих «Записках» она не раз старается оправдать свои расходы и неизбежные по её мнению долги, но эти оправдания слабы и неубедительны. Как великая княгиня она получала 30 000 рублей в год «карманных денег», которых, конечно, оказывалось недостаточно, притом, что она проигрывала в карты по 17 000 рублей в год». (Бильбасов В.А. «История Екатерины Второй», Том 1)
Расточительность Екатерины и её неумение вести свои финансовые дела отмечают все историки. Этот недостаток, простительный частному лицу, абсолютно неприемлем для крупного государственного деятеля, а тем более для монарха.
Если человек не может навести порядок в своём собственном хозяйстве, то тем более, он не способен навести порядок в государстве.
Забегая вперёд, скажем, что эту старую истину Екатерина и подтвердила своим «мудрым» правлением, вогнав страну в долговую яму. Привыкнув жить в долг, она так же и правила (по-другому просто не умела), оставив своим наследникам долг в 210 000 000 рублей или три годовых бюджета страны!
Конечно двор Елизаветы Петровны с его «версальской» роскошью, постоянными балами и маскарадами, не то место, где можно научиться бережливости и экономии. Это вам не Пруссия времен Фридриха-Вильгельма I. И всё же это не является оправданием для того мотовства, которое демонстрирует Екатерина.
Елисеева О.И. восторженно написала: «Екатерина относилась к деньгам как к грязи». Только вот восторгаться здесь нечем, скорее надо плакать. Ещё раз повторюсь, для монарха это серьёзный недостаток, который может аукнуться государству очень большими финансовыми проблемами. ВК Пётр Фёдорович на свои средства содержит школу, театр, голштинскую гвардию, покупает книги, картины, скрипки. Тут ясно и понятно, куда идут деньги, а у ВК Екатерины Алексеевны всё уходит, как песок между пальцев. Права была Елизавета, называя её (Екатерину) «бездонной бочкой»!
Четко видно, что Пётр – хозяин, а Екатерина – транжирка.
Вернемся к интригам.
«1746 год. В одном из пунктов инструкции (для Екатерины) виден интерес её составителя — проницательный Бестужев углядел в великой княгине активную натуру, склонную к интригам, поэтому ей было запрещено вмешиваться в «здешние государственные или голштинского правления дела». (Павленко Н.И.)
Изначально Бестужев А.П. был настроен против Екатерины, поскольку на её место он планировал пристроить саксонскую принцессу, за что уже получил солидный аванс (который естественно не вернул), но, со временем неприязнь исчезла, и две родственные души (два интригана) образовали крепкий союз. Весной 1754 года саксонский дипломат Функе сообщал, что с некоторого времени ВК Екатерина во всех своих действиях руководствуется советами Бестужева А.П.
Щербатов М.М. (1) так характеризовал канцлера (Бестужева А.П.):
«Человек умный, чрез долгую привычку искусный в политических делах, любитель государственной пользы, но пронырлив, зол и мстителен, сластолюбив, роскошен и собственно имеющий страсть к пьянству». («О повреждении нравов в России»)
За прошедшие десять лет Бестужев хорошо изучил ВК Петра Фёдоровича и прекрасно понимал, что при смене правления его в лучшем случае ожидает отставка, а о худшем лучше не думать. Будущий наследник не скрывал своего отношения к мздоимцам (о продажности Бестужева знали все) и симпатизировал Пруссии (абсолютно бескорыстно), в то время как канцлер делал ставку на Австрию, получая за свою протекцию нехилый пенсион.
Поскольку Екатерина стремилась к единоличной власти и была не столь щепетильна в выборе средств и «соратников», они быстро нашли общий язык и составили первый заговор, к которому примкнул и английский посол Уильямс в качестве денежного мешка.
«Уильямс, скоро оценивший великую княгиню, открыл Екатерине довольно широкий кредит у английского консула, банкира барона Вольфа, ссужавшего великой княгине по его записочкам десятки тысяч рублей». (Бильбасов В.А. «История Екатерины Второй», Том 1)
В июле 1756 года Екатерина получила от Вольфа тысячу червонцев (примерно 25 000 рублей), а в ноябре того же года ещё 44 000 рублей. Получение этих денег подтверждено двумя расписками, но историк Бильбасов указывает, что эти займы были не первыми и не единственными.