По мирному договору 1774 года Крымское ханство стало независимым государством, и у России появилась прекрасная возможность присоединить земли древней Тавриды. В 1782 году Г.А. Потёмкин писал Екатерине II:
«Всемилостивейшая государыня! Вы обязаны возвысить славу России. Приобретение Крыма ни усилить, ни обогатить Вас не может, а только покой доставит. Поверьте, что Вы сим приобретением бессмертную славу получите, и такую, какой ни один государь в России еще не имел. Сия слава проложит дорогу еще к другой и большей славе: с Крымом достанется и господство в Черном море. От Вас зависеть будет, запирать ход туркам и кормить их или морить с голоду».
Императрица согласилась с предложением бывшего фаворита, тем более что появилась возможность присоединить Крым чисто «дипломатическими» методами, уже опробованными в Польше. В Крыму Екатерина II создала (купила) «российскую партию» и возвела на престол своего кандидата – Шахин Гирея. Дальнейшее развитие событий предугадать несложно – Крым банально купили у новоиспечённого хана. Манифест об аннексии Крыма был подписан 8 (19) апреля 1783 года. Отрёкшийся от престола Шахин Гирей жил некоторое время в центральных губерниях России (сначала в Воронеже, затем в Калуге), получая из российской казны 200 000 рублей в год. К счастью для российской казны, его проживание было недолгим. В 1787 году он эмигрировал в Турцию, где был арестован, отправлен в ссылку на остров Родос и казнён по приказу султана Аблду-Хамида I.
Присоединение Крыма к России в 1783 году можно считать большим политическим успехом, правда, с экономической точки зрения это опять обернулось полным провалом. Образованная в феврале 1784 года Таврическая область, куда вошли Крымский полуостров и Тамань, была разделена на семь уездов: Симферопольский, Левкопольский, Перекопский, Евпаторийский, Днепровский, Мелитопольский и Фанагорийский. Первым генерал-губернатором области (с 1784 по 1791 годы) был Григорий Александрович Потёмкин, который отличался баснословной расточительностью и полным отсутствием отчётности. Генерал-прокурор Сената Александр Алексеевич Вяземский, по долгу службы следивший за расходованием казённых средств неоднократно в официальных докладных записках жаловался императрице, на невозможность получить от Потёмкина отчета об использовании государственных средств. Что можно ожидать от руководителя, который не может навести порядок в финансовых делах? Правильно - НИЧЕГО! Вот ничего с Таврической области государство и не получило!
Основными отраслями крымской экономики при Шахин Гирее были: соляной промысел, овцеводство и в меньшей степени хлебопашество. Общий годовой доход ханской казны, по разным оценкам колебался от 350 000 до 550 000 рублей. Нетрудно догадаться, что при «рачительном» хозяйствовании Потёмкина в казну не поступало даже этих сумм. Лишь в 1793 году, уже после смерти Князя тьмы (5), когда соляные промыслы Крыма вернулись в казну и был наведён относительный порядок в финансах Таврической области, удалось достичь уровня доходов Крымского ханства десятилетней давности - периода правления Шахин Гирея (371 854 рубля).
А как же вся «бурная» деятельность Потёмкина по освоению и экономическому развитию Крыма о которой столько пишут наши историки?
Привлечение мигрантов из внутренних губерний России и иностранных колонистов не дало никакого эффекта, и по состоянию на начало 19 века их доля не превышала 3%. Идея Потёмкина по культивированию шелковицы на полуострове обернулась крупным провалом. Огромные средства, в течение многих лет направляемые государством на развитие шелководства в Крыму были потрачены впустую. В 1809 году там работал только один частный заводчик, который давал около 5 пудов шелка-сырца в год (стоимости одного пуда – 275 рублей). К тому же, симферопольский помещик содержал свою тутовую плантацию за счет государственного пособия в размере 5 000 рублей! С таким же треском провалились попытки выращивания в Крыму кунжута, хлопка, риса и экзотических фруктов – лимонов, апельсинов и оливок.
Ни к чему не привели и попытки оживить внешнюю торговлю юга России. В 1793–1796 годах общий оборот морской торговли России составлял 76 900 000 рублей, из которых на долю Азово-Черноморской торговли приходилось всего 1 900 000 рублей или 2,4%.
«Хозяйственная модернизация также оказалась проваленной не в последнюю очередь по причине ошибочного определения перспективных отраслей хозяйства, а также принятия противоречивых административных решений, небрежности управления на всех уровнях власти. Оказались несостоятельными и расчеты на стремительное развитие внешней и внутренней торговли в Крыму. Низкий внутренний спрос и предложение, сложная логистика, отсутствие качественных наземных путей сообщения, неблагоприятные внешнеполитические условия препятствовали активному торговому обмену через крымские порты. В итоге предпринятые российской властью значительные усилия по экономическому развитию Крымского полуострова не привели к искомому результату. И на полуострове в начале XIX века, по оценкам очевидцев, продолжали царить опустошение и ужасные следы беспорядков». (Д.В. Конкин «Экономика и жизнь»)