Чудища, как успел разглядеть в свете факелов Нинвэ, были похожи на огромных полуволков-полуэльдар, из их кроваво-красных пастей валил пар, черная шерсть стояла дыбом, а глаза пылали синим пламенем.
Нинвэ успел выставить впереди себя копье, когда одна из таких невероятно проворных и сильных тварей, одним прыжком преодолев частокол, попыталась напрыгнуть на него. напоровшись на острие копья, тварь взвыла так, что впору было упасть замертво от ее предсмертного крика. Тем временем вокруг них уже вовсю шло ожесточенное сражение и очевидно неравное сражение. Лорлэ, ловко управляясь с копьем и охотничьими ножами успел умертвить нескольких нападавших. Со спины его прикрывал его лучший друг Кимэ, не позволяя окружившим их тварям наброситься на него.
Подняв глаза, Нинвэ тут же увидел, что сверху, из ночной темноты, к ним устремились другие чудовища. У этих были позволявшие им летать, словно птицы, огромные перепончатые крылья и отвратительные красные глаза. Они разевали свои алые пасти и сверкали острейшими клыками, пикируя сверху на воинов и стараясь с налету перегрызть им горло.
Тогда Нинвэ показалось, что он вот-вот умрет от ужаса. И не столько ужасный облик тварей пугал его, сколько их звериная, необъяснимая жестокость, тот натиск, с которым они набрасывались и налетали на обезумевших от страха, но продолжавших сражаться и погибать в бою его соплеменников. Сам Нинвэ каким-то чудом смог увернуться от зубов и когтей летевшей к нему с яростным визгом твари, ударив ее по голове простой дубиной и оглушив. Уже в следующее мгновение он дернулся в сторону Лорлэ и Кимэ, вокруг которых уже лежали трупы нескольких полуволков и летучих чудищ.
Безумная жажда жизни, пробудившаяся в Нинвэ, гнала его к тем, рядом с кем он отчаянно надеялся спастись, сохранить свою жизнь, хоть разум его и понимал, что эта надежда тщетна. Падали один за одним и по несколько сразу с предсмертными криками ужаса и боли его товарищи. Среди пылающих факелов в глазах атаковавших лагерь жестоких чудовищ пылала жажда крови ни в чем неповинных эльфов. Они пришли, чтобы убить их всех до единого и, во много раз превосходя защищавшихся квенди числом и силой, разили их, не ведая жалости.
Наконец, Нинвэ, оглядевшись среди дыма от загоревшегося частокола и нескольких жилищ, заметил, что их троих, еще остававшихся на ногах, со всех сторон окружили рычащие злобные монстры. Иные из них были похожи обликом на эльдар. Но ничего от эльдар не было ни в их горящих злобой глазах, ни в рыке, ни в порывистых движениях их превратившихся в звериные лапы сильных рук.
Раненый Лорлэ прохрипел, опираясь на плечо поддерживашего его Кимэ:
- Это конец, друг мой…
Тот, тоже весь покрытый кровью, своей ли, вражьей ли, Нинвэ не знал, закусил губу и ответил:
- Я знаю, что нам делать…
Почти в то же мгновение он сжал свой окровавленный нож и вонзил себе в основание шеи. Нинвэ вскрикнул и закрыл лицо руками, поняв, что и Лорлэ проделал то же, таким образом умертвив себя. Создатель! Почему он сам настолько трус, что не может сделать того же?! Почему цепляется за свою жалкую жизнь до последнего мгновения?!
- Рр-р-р где остальные, что были здесь?! - раздался низкий утробный рык… - Отвечай!
Нинвэ вздрогнул, выйдя из оцепенения, открыл глаза и крепко сжал рукоять висевшего у пояса охотничьего ножа. Сам удивляясь, что понимает это подобие обращенной к нему речи, он понял, что терять ему нечего, и лег на землю рядом с трупами своих товарищей. Отчаяние отступило. Мгновение Нинвэ смотрел на поверженных героев, но затем резко повернул голову к говорившему с ним огромному сильному монстру с холодными блестящими зеленым глазами и прошептал:
- Я умираю… Подойди ближе…
- Где это отродье?! - взревел мгновенно оказавшийся на нем сверху зверь.
Почувствовав, как ломаются кости внутри, Нинвэ попытался сделать вдох, но не смог. Зато смог собрать последние силы и вложить их все, вместе со всей жаждой мести за погибших товарищей, в один точный удар ножом, пришедшийся не ожидавшему от полумертвого эльфа такой быстроты и силы прямо в грудь. Зверь опустил косматую голову, посмотрел на нож погруженный до самой рукояти в его плоть и, издав тихий, примирительный рык, рухнул замертво, поверх тела потерявшего сознание Нинвэ.
Поредевшие ряды воинов черного всадника, раздраженно рыкая и ворча, блуждали среди разрушенных домов квенди.
- Их должно быть больше! Это не все! - сказал один из них.