Я уже плохо видел происходящее впереди из-за алого сияния над стоящим впереди дружинниками. Свет с каждой секундой становился плотнее. В какой-то момент мне даже показалось, что я начинаю улавливать в нем фактуру и плотность настоящего доспеха.
Стая замерла в нерешительности. Оборотни потеряли половину сородичей даже не вступив толком в бой. Такое могло остудить даже самые безумные мозги. Как бы уродливо не выглядели эти твари, но какой-то разум в их головах ещё оставался. И он кричал им, что нужно немедленно бежать. Прямо сейчас! В эту же самую секунду.
— Вперёд, — прошелестел над строем удивительно безразличный голос Никиты. Дружина и так была похожа на единый организм, а сейчас этот организм превратился в одну карающую руку.
Полтора десятка покрытых алой энергетической бронёй гридней рванули вперед и начали безжалостно вырезать визжащих монстров. Некоторые твари ещё пытались атаковать, но основная масса только скулила и припадала к земле. Бежать никто из них даже не пытался.
Я повернулся к десятнику и слегка поежился. Мой офицер выглядел, как самое настоящее воплощение зла. Красная аура вокруг его тела была настолько плотной, что могла остановить настоящую атаку. Наверное. По крайней мере я бы с таким типом драться не рискнул.
Жаль, что у меня не было с собой камеры. И эти люди пытались меня объявить исчадием зла?!
В задних рядах деморализованной тотальными потерями стаи оборотней свирепствовал Прохор. Рев воеводы заглушал все звуки на поле боя, а каждый удар его топора приносил смерть очередному вурдалаку.
С другой стороны стаю зажимало полукольцо дружинников. Кровавые силуэты были не столь смертоносны, но действовали до ужаса синхронно. Если у них не получалось уничтожить оборотня одним ударом, то сразу следовало ещё несколько. И так продолжалось до тех пор, пока монстр не превращался в груду изрубленного мяса.
Если у этих существ были схожие особенности с оборотнями из легенд моего мира, то не было ничего удивительного в том, что они полностью потерялись от того, что творили мои подчинённые. Если честно, то я сам нихрена не понимал что происходит. Вурдалаков резали, как беззащитный скот и с первых же секунд боя нечисть из охотников превратилась в беззащитных жертв.
Четыре десятка монстров были уничтожены всего за несколько минут. Я хотел накинуть на дружинников ещё пару усилений, но быстро понял, что это не имеет смысла. Они и так справлялись отлично и только я стоял без дела и глазел по сторонам.
Может поэтому только я заметил сидевшего в отдалении ворона. Птица была почти обычного размера и вела себя тоже обычно. Воронье всегда слеталось к местам сражений, как и другие мелкие падальщики.
Однако, окружающий пейзаж не располагал к жизни обычных лесных обитателей. Если в этом жутком лесу и могли выжить какие-то звери, то они были ничем не лучше уничтоженной стаи волколаков.
Для проверки этой жизнеутверждающей гипотезы, я немедленно создал атакующее заклинание и швырнул его в подозрительную птицу. До окончания действия дестабилизации оставалась ещё половина времени. Прохор надёжно держал свою ауру, а вся дружина была на пике силы, благодаря умению Никиты. Лучшего момента, чтобы напасть на предводителя нечисти ждать было глупо.
Однако, птица сумела меня удивить. Ворон невозмутимо спрыгнул на ветку пониже, пропуская мою атаку над головой, и укоризненно посмотрел на меня. Это оказалось настолько неожиданно, что я замер со вторым Удалением в руке и растерянно уставился на пернатого наблюдателя.
Ворон немного потоптался на месте и вернулся на свой наблюдательный пункт. В прошлый раз маскировку удалось сбить в полуметре от него. А сейчас…
— Вроде всё, княжич, — произнёс рядом со мной Прохор. Воевода скинул ауру и невозмутимо тёр какой-то тряпицей свой топор. Если бы оставался хотя бы малейший признак опасности, то богатырь ни за что не расстался бы со своей магической бронёй, — Порубили нечисть проклятущую. Ох и добрый ты мне подарок сделал, Алексей! Враз волколаков рубит!
— Да, — рассеяно ответил я и развеял атакующее заклинание, — Пользуйся на здоровье…
— Заметил чего? — подозрительно осмотрев разлапистое дерево, на котором сидел ворон, спросил воевода. Птица в этот момент взмахнула крыльями, поудобнее устраиваясь на ветке. Не заметить её было невозможно, но богатырь никак не отреагировал на движение. Если бы у птиц была мимика, то я мог бы поклясться, что чёрная птаха насмешливо улыбается, — Послать гридней проверить, пока дар Никиты не развеялся?