— Разумеется, мастер! — важно поддакнул Шагр. Он уже видел себя наместником полуострова и полноправным членом Братства. Всех дел-то — настичь беглецов. Это затмит любые подвиги, которые могут совершить жалкие неудачники, Артив и Юлл.
— Я понял задачу, мастер. Как только я завершу все дела в крепости, немедленно выступаю в погоню. Думаю, что через трое суток смогу двинуться на баркасе с отборными солдатами на север по Змеиной.
— Отлично. Но не забывай, что тебе нужно настичь беглецов раньше, чем они достигнут обитаемых земель у Внутреннего Моря. Зеленый Круг немедленно по моему возвращению в центральный лагерь выставит там плотные заслоны. Можешь и дальше продолжать преследование, но я бы не советовал: в северной Флориде дела могут повернуться плохо, и спрос будет с тебя. А в более цивилизованных землях Братство обладает и нужной техникой, и определенным количеством специалистов по борьбе с метсами и эливенерами.
— Я понял, мастер. Хотя я еще не наместник, но спрос с меня будет, как со С'муги.
С'лорн кивнул, внимательно изучая лучащееся возбуждением и радостью лицо Шагра.
— Я настигну беглецов раньше, чем остальные, можете быть уверенными.
— Отлично. И еще, комендант. Плотно перекрой постами все тропы к Великой Топи и не вздумай сам туда соваться. По моему приказу, кое-какую миссию там будет выполнять капитан Юлл.
— Конечно, мастер! — Шагра мало интересовали подробности заданий, полученных от С'лорна Артивом и пиратом. Он уже спешил отобрать для похода на север лучших ищеек из своей многочисленной своры.
Глава 9 БОЛОТНЫЙ ГРОМ
В этом месте топей передвигаться оказалось намного легче, чем среди потоков грязи в северной части. Колоссальный участок болота здесь все время подвергался воздействию прямых солнечных лучей, стремящихся уничтожить все живое. Светилу это удавалось вполне — невообразимое количество всплывающего со дна топи микроскопического планктона ежесуточно вымирало, сохло и окостеневало. На водянистом лике трясины образовался с годами слой из мертвых микроорганизмов, ряски, небольших ракообразных и еще Смерть знает чего.
Выглядел район, именуемый Людьми Хвоща «дышащим грязевым сердцем», как прекрасная холмистая равнина, при одном взгляде на которую хотелось броситься по ней бегом, или на лихом скакуне. Однако пейзаж был обманом и иллюзией, как и многое во Внутренней Флориде. Под ногами плотная зеленая корка колыхалась и проваливалась, в иных местах могла оказаться прорванной слишком тяжелым гостем «дышащего сердца».
Вагр, первым ступивший на казавшийся недвижимым зеленый ковер, через несколько шагов удивленно вскрикнул и вынужден был остановиться. От каждого шага во все стороны от флоридянина начинали разбегаться волны, даже находящиеся впереди деревья и холмы колыхались и кренились. Зрелище получилось странным, но не пугающим. Вслед за приятелем вперед двинулся Аграв.
— А мне нравится! — воскликнул он, направляясь в сторону ближайшего сизого бугра.
— Остановись, болван! — Вагр, даже стоя на месте, не мог удержаться на ногах и свалился на колышущуюся почву равнины. Волны, вызванные перемещениями Аграва еще дважды заставили его упасть, прежде чем они затухли в отдалении.
— Пожалуй, мы не сможем здесь пройти, — сказал эливенер, хмуро оглядывая «дышащее сердце». Колдун, руки которого были связаны за спиной, не скрывал своего злорадства. Он с удовольствием оглядывал зеленую поверхность, которая вновь замерла и притворилась обычным полем, усеянным редкими холмами и странного вида растениями, высящимися на значительном расстоянии друг от друга.
— А вы думали, что с песнями двинете вперед, позабыв о тумане, грязевых реках и пузырящихся омутах? Ха-ха, придется вам поворачивать обратно, милые мои. Это место не для вас.
— А это мы посмотрим… — Отец Вельд подозвал Ирма и Ушана, и ступил на ковер из мертвого планктона. Колдун пожал плечами и поплелся за ними.
— Пожалуй, это не облака, — неуверенно сказал эливенер, вглядываясь в серые громады, громоздящиеся на горизонте. Они перемещались, и вероятные размеры их поражали воображение.
— Ну а что это такое, по-вашему? Горы? Гигантские животные? Скажите нам, ученый почитатель и знаток природы! — Голос чернокнижника сохранял нотки ехидства, но в нем чувствовался страх перед темными гигантами, двигающимися на самом краю видимости. Низкая пелена облачного океана касалась верхушек этих объектов. Задрав голову, лысый колдун обмяк и пробормотал: