Правда, прочесть текст женщины клана так никогда и не смогли, зато шести глянцевых картинок сполна хватило для создания арсенала уникальных приемов. Эти картинки в незапамятные годы оказались аккуратно перерисованными на скрижали из голубой глины, являющиеся святыней Тринадцатого Колена.
Общались меж собой Колена Великого Хвоща либо с помощью весьма изощренной системы перестукивания (в котором иной высоколобый метсианский Аббат признал бы сильно деградировавшую морзянку), либо устно на выездных общеплеменных собраниях, проводившихся в экстренных случаях на Твердой Земле. Толстые мембраны оказались неодолимым препятствием для общения между кланами. По сути, они стали причиной косности всего миропорядка Народа Хвоща. Склонный к умозрительным заключениям философ древности легко смог бы разместить на одном полюсе бытия Великий Хвощ и его обитателей, а на другом — любые явления, к которым применимо слово «развитие».
Письменности дикари не знали и не знают.
Дослушав эливенера, Карк стал задавать вопросы. На некоторые эливенер не знал ответа. Например, как и почему сложилась ситуация, в которой ниже расположенные Колена имели больше прав на охотничьи угодья и решения принципиального характера.
— Блеск! Это же удивительно! — Кен удивленно смотрел на возбужденного колдуна, который вскочил и прохаживался по мху, словно голодный тигр. — По существу, система Колен не родовая, а самая настоящая кастовая, «без всякой социальной динамики», как сказали бы до Смерти.
— Именно так, — эливенер медленно жевал последний цветок, принесенный иир'ова. — Люди Хвоща создали по-своему универсальную систему, которая идеально подходит для жизни в топях так же, как колония термитов — универсальная организация насекомых для западной саванны.
— Я хотел бы увидеть это гигантское растение, — сказал Карк.
— И я тоже. Вероятно, это одно из величайших чудес творца, — сказал метс.
Некромант с трудом удержался, чтобы не фыркнуть. Вельд поднялся и принялся отряхивать одежду.
— Пока это слишком опасно. Сейчас все племя находится у своего обиталища. Вот когда Одержание Коня закончится, и они разбредутся по Внутренней Флориде, чтобы охотиться, тогда, может быть, мы и подойдем достаточно близко, чтобы увидеть Великий Хвощ. А теперь — нам пора в путь. Кен, мой мальчик, ты достаточно окреп, чтобы совершить длительный переход?
— Пожалуй. Я возьму у Вагра лук.
— Правильно. А ты… — эливенер повернулся к Карку. И тот весело закончил за Вельда:
— Конечно, конечно, можешь полностью обездвижить меня. Адепту Великой Пустоты есть, над чем поразмышлять, когда тело оцепенеет. Кажется, лагерь действительно неприступен для хищников. Но что со мной будет, если вас пожрет какая-нибудь тварь из топей?
— Тогда твое скованное сном тело наши друзья попытаются доставить на север без нас, только и всего. — Вельд положил свои руки на голый череп некроманта и закрыл глаза. Тот еще успел с сомнением пожевать губами, после чего словно окаменел.
Его ставшее похожее на окоченевший труп тело метс перенес к костру и положил рядом с Ушаном.
Некоторое время Вельд объяснял Вагру и Аграву, что можно делать и чего нельзя в его отсутствие, а Кен менял тетиву на флоридском луке. Вскоре появился иир'ова. Некоторое время эливенер и мутант беззвучно общались, после чего седобородый сказал:
— Что ж, если нам повезет, мы вернемся назад вместе с моим учеником. В путь, мой мальчик. Нам придется сделать небольшой крюк. Ирм говорит, что неподалеку рыщет парочка Ластоногих, а встреча с ними не входит в мои планы. Слишком много сил я потратил на нашего безволосого приятеля, дабы он не натворил никаких гадостей.
Вскоре они двинулись вглубь топей, скрытые пеленой тумана, слегка подсвеченного тусклыми огнями болотных грибов.
Глава 13 ПОСТ НАМЕСТНИКА
Весь день Шагр молча шагал среди камней и колючих кустарников, хмуро поглядывая на кружащихся в небесах птиц. Этот эскорт появился у его отряда, как только воинство Нечистого, брошенное в погоню за растворившимися на севере беглецами, свернуло к западу от Змеиной Реки. Секретный корабль мастера С'лорна с чудовищной быстротой отбуксировал четыре пироги с солдатами коменданта Мертвой Балки до заболоченной речной петли, после чего некромант отправился в свое логово.