— Проклятье! Немедленно туда! Завершить разворот и на всех веслах вперед!
Флагман и второй тяжелый корабль двинулись в сторону, освобождая место подошедшим десантным судам.
Остальные спруты, сброшенные вниз веслами, сгрудились вокруг гибнущей галеры, добивая плавающий в волнах экипаж.
— Лучники и стрелометы — сгоните в воду тех двоих монстров.
Флагман подошел и встал с одной стороны корабля, который разносили в щепки речные Кони, вторая галера выждала залп стрелометов и зашла с другой стороны. В воде бился буквально разорванный тяжелыми стрелами спрут, второй благоразумно спрыгнул за борт, напоследок вырвав с корнем мачту.
По опущенным вниз веслам карабкались визжащие от ужаса лемуты и матросы, а опустевшая галера с треском наскочила на подводный камень и стала крениться.
— С'лорн оторвет мне голову! — сокрушенно вздохнул Артив, глядя на гибель могучего судна. Но его лицо просветлело, когда он перевел взгляд на берег. Десант высаживался с пирог и баркасов и разворачивался в боевые порядки напротив ворот. Десяток могучих глитов, которых прикрывали огромными щитами Ревуны, тащил по мокрой траве бревно, на конце которого отливала зеленью голова адского демона, отлитая из чистой меди едва ли не три века назад.
Со стен в штурмующих летели стрелы и камни, но в каждого защитника бухты, высунувшегося из-за каменного зубца, метили десятка полтора лучников. Зачастую колонист, рискнувший остановить таран, падал вниз, истыканный стрелами, словно морской еж.
— Баллисты — приготовиться к залпу!
Артив презрительно посмотрел вслед уплывающим за угловую башню спрутам. Их атака стоила воинству Нечистого корабля, но не смогла остановить атаку. Бухта была обречена.
С первым же ударом тарана взвыли десятки жгутов, сплетенных из звериных жил, посылая через стены огромные камни. Защитники, сгрудившиеся за воротами, понесли значительные потери и отхлынули к городским строениям. Сквозь разбитые в щепы ворота уже протискивались глиты, размахивая чудовищными топорами. Своей очереди ждала штурмовая колонна Ревунов, сидящих на спинах скулящих от возбуждения Псов Скорби. Остальных лемутов Артив решил бросить на спасение галеры, которая завалилась на борт, но оказалась на мели, и не собиралась тонуть. Отряд наемников оставался в резерве на случай повторного появления речной конницы.
— Великая Пустота! Кажется, это мой звездный час! — Командор снял шлем и устало облокотился на торчащее из развороченной палубы окованное флоридское копье. — Теперь я утру нос офицерам, несколько дней кряду штурмовавших столицу Д'Алви, не говоря уже о болванах, разбитых метсианскими дикарями у Озера Слез!
Глава 14 ЛАБОРАТОРИЯ
Отец Вельд и метс поднялись на лысый бугор, одиноко торчащий из трясины, и огляделись. Указав вниз, эливенер дрогнувшим голосом произнес:
— Там мой старый лагерь.
— Неплохо замаскирован, как мне кажется, — сказал метс, который не видел никаких следов лаборатории или военного лагеря.
— Мешает туман, да и находится он в углублении, на самом дне долины.
С возвышения лежащая под ними равнина не просматривалась, окутанная густой летучей влагой, в которой шевелились какие-то размытые гигантские тени. Налетел ниоткуда резкий порыв ветра, разорвал стену тумана в клочья и растворился где-то над «сердцем болота». Долина чем-то напоминала тарелку, на одном краю которой высился лысый бугор, а на другом смутно угадывался густой лес. Пейзаж самой низины напоминал призрачные ландшафты затяжных кошмарных снов, не имеющих конкретного источника, пугающего сновидца. Обрывки тумана медленно оседали в ямах и омутах пухлыми шапками. Эти перистые холмы казались более плотными, чем многочисленные каменистые бугры, разбросанные в низине.
Теплый воздух болот создавал дрожащее марево, над которым с удивительной точностью просматривались четко очерченные контуры далекого леса.
Они стали спускаться. Метс то и дело хватался за лук, но эливенер шел вперед совершенно беспечно, словно был уверен, что никаких хищников в округе не может быть.
— А как нас может принять ваш ученик? — спросил метс.
— Вот уж ума не приложу. — Старик остановился, потрепал бороду, и сказал задумчиво: — Вот что мы сделаем, мой мальчик. Ты останешься здесь, а я пойду вперед. Лучше будет, если он увидит первым именно меня. Неплохо было бы прийти с Ушаном, но…