Раздвигая локтями клубящиеся облака и утопая в жидкой грязи, Юлл метался у подножия холма, стараясь криками и свистом собрать свое воинство.
Слева от него двигались какие-то неясные тени с размытыми очертаниями. Пират устремился туда, споткнулся о корягу и упал. Громоздкий деревянный ящик, притороченный к спине, с размаху ударил его по затылку.
— Великая Пустота! Да что же здесь творится! — вскричал морской волк, разглядев прямо перед своим носом конвульсивно подергивающуюся лапу Ревуна, забрызганную кровью. Пират вскочил, и тут же из тумана вылетел длинный черный бич, который хлестнул его поперек груди, отшвырнув человека в лужу.
С рычанием Юлл выбрался из грязи, выхватил из-за широкого кушака свой любимый кривой нож с волнистым лезвием и ринулся туда, где лежал погибший лемут. Над трупом колыхалась зеленая тень и раздавался жуткий хруст костей и утробные звуки, с которыми неведомое чудовище поглощало истерзанную плоть. Пират, очертя голову, рванулся в облако, размахивая оружием. Клинок встретил какое-то препятствие. Пират выдернул его и еще раз полоснул противника, разглядеть которого было решительно невозможно. Появившаяся на уровне человеческой груди когтистая лапа, покрытая зеленой чешуей, отбила в сторону кинжал, и попыталась цапнуть мужчину за ногу. Юлл отпрыгнул, и вслед свистнул уже знакомый ему бич. Темная плеть обхватила лодыжку и рванула. Юлл упал и в два удара перерубил странный отросток. Из тумана послышался высокий рев боли, и зеленая тень растворилась в молочном море.
Юлл посмотрел на останки Ревуна и отвел глаза. С лемутом было покончено. Тяжело вздохнув, пират поднес к губам свисток. По третьему сигналу «свистать всех наверх» слева и справа стали возникать его матросы, испуганные, перемазанные в тине. Чуть позже появились Люди-Крысы и Ревуны.
— Никому не разбегаться. Шагом марш за мной! — Капитан повел свою команду к просвету в тумане, в котором проглядывал склон холма и искривленное дерево на его вершине. У поваленных деревьев, которые пришлось обходить, отряд подвергся новому нападению. Рассекающие влажный воздух бичи ударили слева и справа от тропы, уволакивая в белесую муть матроса и лемута. Спасти их не удалось — подбежавшие на помощь застали лишь растерзанные на части тела. Хищники были вокруг. Прячась за облаками, они выбирали добычу наугад и своими гибкими и длинными хвостами утаскивали жертвы, чтобы в мгновение ока превратить их в груду дымящейся плоти.
— Все наверх!
Юлл остался прикрывать отход, воинственно поводя из стороны в сторону кинжалом. Зеленые тени кружились вокруг, не рискуя приблизиться, лишь хвосты щелкали в тумане, словно плетки работорговцев на невольничьем рынке в Ниане.
Наконец пират сам устремился вверх по склону, решив не рисковать понапрасну. У подножья дерева столпились оставшиеся в живых члены его группы. Потери были значительные. Отряд потерял едва ли не треть своего состава. Самым печальным оказалось то, что зеленые чудища уволокли трех Людей-Крыс, которые были навьючены провиантом.
— Проклятье! Придется охотиться. — Капитан устало привалился к дереву, наблюдая за мерно колыхающемся у подножья туманным морем. — Это сильно задержит наше продвижение. Какое отвратительное место — эта Внутренняя Флорида! По мне, у выпавшего за борт в кишащем снаперами и аллигаторами море больше шансов на спасение, чем у слуги Великой Пустоты, сунувшегося в эти гиблые топи!
Потрясенные нападением матросы переговаривались, указывая друг другу на зеленые гибкие тени, скользящие в молочном море, омывавшем холм. Лемуты, сбившиеся в кучу, скулили и рычали.
— Привал! — скомандовал Юлл. Он собирался дождаться, пока рассосется туман. Пускаться в путь, пока внизу кишат сокрытые в облаках хвостатые хищники, было бы чистым безумием.
Пират уселся на травянистый склон, снял со спины ящик и задумчиво пожевал губами.
— С'муга должен знать, что за чудища нас осадили, и как с ними бороться.
Дважды рука морского волка тянулась к фигурной серебряной застежке, и дважды отдергивалась. Ему было боязно выпускать вампирствующего адепта, вызванного к призрачному существованию колдовством С'лорна. Хотя глава Зеленого Круга уверял, что Дитя Ночи находится под контролем и его воля полностью подчинена любому члену Братства, владеющего ящиком, Юлл сомневался.