— Вот как… — фыркнул я. — Ну хорошо, в следующий раз обязательно поинтересуюсь.
— Не смей этого делать! — нахмурилась Майя. — Ты ведь не хочешь ее обидеть или посмеяться над ее чувствами!
— Ладно, ладно, — кивнул я. — У меня и в мыслях не было смеяться над ее чувствами… Да и она, кажется, сама может хорошо за себя постоять. По части насмешек, вы с ней всегда были гораздо большими специалистками, чем я.
— Вот и помалкивай, — сказала Майя.
— Как ее защищаешь!
— Конечно. Она — моя лучшая подруга!
И на этом повороте я оказался крайним. Сначала дядя Володя, а теперь вот Альга. Я ужасно ревновал Майю ко всем. Мне показалось, что Майя нетерпеливо шевельнулась, но все-таки решил спросить напрямик:
— Тебе известно, что говорят об Альге и о Папе?
— Да. Но мне неприятно говорить об этом. Я же тебе сказала, Альга знает, как вести себя с Папой, и я верю ей. Она не сделает ничего такого, что могло бы меня огорчить.
Я вздохнул.
— Наверное, я действительно наивный человек, и меня легко поколебать всякими сплетнями… Теперь ничему не буду верить!
— Вот и умница, Серж! — похвалила Майя.
Наконец-то я почувствовал в ее голосе что-то похожее на тепло.
— Но мы с Альгой говорили не только о религии, — спохватился я. — Она уверяла, что пришла в церковь, чтобы поговорить с батюшкой!
— Правильно, я же сказала, что она ходит исповедоваться.
— Нет, тут совсем другое. Альга советовалась насчет Папы и нашего маршала.
— И об этом я знаю. Мы все очень встревожены. Папа выглядит благодушным, но он никогда не прощает предательства. Даже самого нелепого. Даже если человек просто оступился, потерял голову, а после раскаялся.
— Вот вот! В том-то и дело: теперь выяснилось, что маршал абсолютно чист перед Папой! — воскликнул я и рассказал о разговоре Альги с о. Алексеем. О том, как маршала подвели собственные детки.
Майя почти не удивилась.
— Вот значит как, — проговорила она. — Я чувствовала — тут что-то не так. Даже предполагала что — то в этом роде.
— Признаться, меня сначала рассмешила эта история с генералиссимусом, — сказал я. — Но мне и в голову не могло прийти, что это детская шалость.
— Боюсь, что этой шалостью дело не кончится, — вдруг покачала головой Майя. — Нужно ждать других сюрпризов в этом роде. То, что Косточка устроил на Новый год, только начало. У него богатая фантазия.
— Погоди, погоди, — изумился я. — Какая тут связь? Ты хочешь сказать, это все Косточка подстроил?! Он подговорил Гаррика и Славика?
— Как бы там ни было, теперь в Деревне у них найдутся другие занятия, — сказала Майя. — Дядя Володя будет при них неотлучно и об этом позаботится… Сейчас меня беспокоит другое. О. Алексей прав. Альга должна переговорить с Папой. Как можно скорее все объяснить. У нее это получится даже лучше, чем у меня.
— Значит, ты не отрицаешь, что у нее с Папой особые отношения?
— Конечно, особые. Альга вообще особенный человек.
— А я что говорил! Поэтому я посоветовал ей прежде чем использовать свои особые качества, узнать на этот счет мнение Мамы.
— Ну что ж, Мама будет только рада, если между маршалом и Папой снова восстановится мир, — спокойно кивнула Майя.
— Я не это имел в виду… — начал я. — Мне казалось, Маме не понравится, что…
— Что ей может не понравится? — оборвала меня Майя.
— То самое, — пробормотал я, — о чем тебе неприятно говорить. Посредничество девушки с такими особенными качествами. Между прочим сама Альга, когда я намекнул ей на это, заметно смутилась и согласилась, что без ведома Мамы этого делать не стоит…
— Представляю, как ты ее обидел своими дурацкими намеками! — всполошилась Майя. — Теперь, чего доброго, она замкнется в себе и ни за что не захочет поговорить с Папой!
— Ну и не надо, — пожал плечами я. — Это может сделать Мама. Или ты. Я сам могу поговорить с ним и все ему объяснить, — предложил я без особой уверенности.
— Не сомневаюсь, — усмехнулась Майя, — ты прекрасная замена Альге. Папа обязательно прислушается к твоему мнению. Ты легко убедишь его не искать вокруг себя врагов и заговоров.
— Не понимаю. То ты хочешь, чтобы Альга повлияла на Папу, то говоришь, что тебе неприятно, если они…
— А тебе и не надо ничего понимать! — снова прервала меня Майя. — Просто постарайся не говорить лишнего. Альга очень тебя уважает, ценит твое мнение, и ты легко можешь ее обидеть.
Я только рукой махнул.
— Не знал, что она такая обидчивая. Не говоря уж о том, что она ценит мое мнение.