И джайны действительно сделались богатыми, причем настолько, что даже императоры брали у них взаймы. Никто из джайнов не нищенствовал, никто не ходил неучем. И опять же, поскольку они представляли собой религиозное меньшинство, испытывавшее нападки со стороны всевозможных философских систем, им пришлось защищать себя и на уровне интеллекта. Они отточили искусство спора и спорили лучше кого бы то ни было, потому что если для других религий спор был чем-то вроде баловства, то для джайнов отстаивание своей позиции было жизненно необходимо. Они обязаны были побеждать в спорах, потому что в противном случае от них бы ничего не осталось. Поэтому они разработали превосходные системы логики и философии, о которых бы не помешало узнать и остальному миру.
Но остальной мир заботят только цифры, а джайнизм не промышляет обращением, так что увеличение их численности до размеров католической паствы не представляется возможным. Джайны не переманивают людей из других религий, потому что, в соответствии с их учением - и я с ними в этом согласен, - отвратительна сама попытка кого-то переманить.
Объясняйте свои убеждения, сделайте их открытыми для других, и если кто-то пожелает примкнуть к вам, то это совершенно иное дело. Но обращать силой, переманивать всеми правдами и неправдами просто ради того, чтобы вашего полку прибыло и ваша паства стала более могущественной -это уже политика, а никакая не религия.
Кажется, я уже рассказывал вам... В Центральной Индии, в Бастаре, обитает одно первобытное племя. Я часто наведывался туда, чтобы посмотреть, как человек жил десять - двенадцать тысяч лет назад, потому что это сильно отставшее племя. Они живут голыми и едят сырое мясо.
Я изучал древний быт человека и его развитие. Я останавливался... В те дни Бастар был штатом, а его король был моим другом. Это был очень смелый человек, он очень меня любил и из-за меня в конце концов погиб.
Правительство было сильно обеспокоено тем, что он, будучи руководителем целого штата, попал под мое влияние. Он разрешал мне жить в его горных коттеджах, в джунглях Бастара, и правительство думало, что стоит ему захотеть... Дело в том, что эти туземцы почитали его как бога, как и любой другой народ в прошлом, когда императорам служили как богам. И это племя до сих пор живет в прошлом, они далеки от современных людей, так что, если бы мой друг что-нибудь сказал им про меня, они бы приняли это на слово без возражений.
Но премьер-министр Центральной Индии был моим яростным противником. Он был брамином и хотел помешать мне распространить свое влияние на Бастар. Он высказал свое пожелание королю штата, но тот ему отказал, заявив: «Он - мой друг, и мне нравится то, что он говорит. Я никому не подчиняюсь». Тогда под каким-то предлогом к нему была послана полиция, и в результате он был убит... тридцать шесть пуль - чтобы не осталось ни единой возможности. Его звали Бхандждео. Благодаря ему у меня была полная свобода в его штате.
И вот как-то я жил в одном из его коттеджей, и однажды вечером увидел, что посреди их деревни, состоящей из прекрасных хижин, выстроенных вкруг, горит костер. Я пошел посмотреть - было, наверное, часов десять - и увидел, что у костра стоит христианский миссионер и учит их настоящей религии, единственной настоящей религии: христианству.
Я уселся вместе с толпой аборигенов. Проповедник не заметил, что среди его слушателей был посторонний. Рядом с ним стояло ведро с водой. Костер горел сильно, потому что вечер выдался прохладный.
Проповедник притащил с собой две фигурки: Рамы, индусского Бога, и Иисуса Христа. Он говорил:
- Посмотрите на эти две фигурки: вот это Рама, которому вы молитесь, а это Иисус Христос - это наш Господь. Сейчас я испытаю их обоих, чтобы вы сами во всем убедились.
И он поместил их обоих в ведро с водой. Рама утонул, а Иисус остался плавать на поверхности. Тогда он воскликнул:
- Глядите! Ваш божок даже самого себя спасти не может, так как же он спасет вас? Но смотрите на Иисуса: когда он был жив, он ходил по воде, а сейчас плавает даже его фигурка! Он спасет вас!
И несчастные туземцы закивали головами:
- Правда. Мы видим. Все верно.