Если наука преуспеет, весь мир станет познанным, если преуспеет религия, весь мир станет неизведанным. Если наука преуспеет, вы, познающий, будете удивляться, почему все стало таким прозаическим, почему не осталось удивления, не осталось духа. Если нет тайны, процесс развития зайдет в тупик. Жажда познания исчезнет, любопытство пропадет.
Если наука будет развиваться по-своему, мир наполнится такой скукой, какой никто раньше не испытывал. Запад намного больше скучает. И в этом виновата наука, потому что люди теряют свою способность чувствовать удивление. Их ничего не волнует. Они забывают о том, что нужно удивляться. Если вы поставите перед ними проблему, которая не может быть разрешена, они скажут вам: «О, ее можно решить!» Потому что, согласно их науке, нет ничего, что может оставаться вечно непознанным. Со всего можно снять покров тайны.
Религиозное путешествие, однако, парадоксально. Чем больше мы снимаем вуаль, тем больше мы видим, что тайна продолжает углубляться. Чем ближе мы подходим, тем больше мы узнаем о том, что ее познать очень трудно. И в тот миг, когда мы проникаем в сам центр существования, все наполняется тайной. Для Будды камни и ракушки, которые лежат на дороге, так же таинственны, как и мерцающие звезды высоко в небе. Семя, расцветающее в душе, так же таинственно, как и творение всей вселенной.
Поэтому в этом смысле удивление становится интенсивным, ваши глаза становятся подобными глазам маленьких детей. Ребенок удивляется всему.
Когда ребенок идет по улице, все удивляет его. Цветной камушек он воспринимает как бриллиант. Вы смеетесь над ним из-за того, что вы знаете; вы знаете, что это цветной камешек. Вы говорите ему: «Не будь сумасшедшим, это не бриллиант». Но ребенок хочет положить его себе в карман. Вы говорите ему. «Не таскай с собой этот груз. В конце концов, это грязный камень, который лежит на дороге. Выброси его!»
Но ребенок хватает его еще крепче. Вы не можете понять этого. Ребенок удивляется, видит в нем тайну. Для него этот цветной камешек представляет собой не меньшую тайну, чем бриллиант. Ценность заключена в чувстве удивления. Камень не имеет ценности как таковой. Обычная бабочка может привлечь пристальное внимание ребенка, но вы не привлечетесь к самому Всевышнему, даже если он посетит вас. А ребенок гоняется за бабочкой.
Высшее состояние удивления, просветления подобно невинности маленького ребенка. В этом состоянии человек становится подобным ребенку. Вот почему Иисус сказал: «Те, кто подобны малым детям, смогут войти в Царствие Божье». То же самое говорит Шива в этой сутре: «Чувство удивления - основание йоги». Удивление - это первая ступень йоги. В этом смысле, вам нужно понять многое.
Чем больше у вас знания, тем слабее будет основание йоги. Если вы полны гордости познания, шансов, что вы станете йогинами, меньше. Если ваше сердце отягчено писаниями, ваше чувство удивления будет разрушено. Спросите у школяра про Бога, и он начнет вам отвечать так, как будто бы на экзамене, как будто бы Бога можно объяснить словами. Спросите у ученого - и он выдаст вам готовый ответ. Как только вы спросите, вы сразу получите ответ. Даже Бог не может сделать его бессловесным. Все формулы определены для него, он объясняет их мгновенно.
Но если вы пойдете к Будде и спросите его о Боге, он ничего не скажет вам в ответ. Вы можете подумать, что этот человек молчал из-за того, что ничего не знает. Но причина молчания в том, что он прекрасно понимает, что именно тайна делает Бога притягательным. Ели бы вы были немного мудрее, вы бы оставались с тем человеком, который вам не ответил. Вы бы попытались понять его, вы бы смотрели внимательно в его глаза, вы бы жили в его обществе, в близости с ним, потому что он что-то испытал, и этот опыт такой безграничный, что слова не могут выразить его; он видел нечто, что нельзя облечь в рамки слов.
Задавать вопросы и получать ответы нормально для детей в школе. Ваши вопросы сами по себе нелепы. Вы не можете спрашивать о Боге. Как вы можете спрашивать о Боге, о безграничном? Вопросы и ответы перед безграничным отпадают сами по себе. Ваши вопросы жалкие, вот почему Будда хранил молчание, когда его спрашивали о Боге. Но вы ошибочно думаете, возвращаясь от него, что этот человек не знает и поэтому не отвечает вам. Вы признаете ученого, потому что он пичкает вас готовыми знаниями. Вы не способны понять мудреца, потому что он полон этого чувства удивления. А ваше чувство удивления мертво.