Поэтому Шива говорит: «Гуру есть путь». Не пытайтесь практиковать самостоятельно, потому что вы все испортите. Сначала трудно найти живого человека, которому можно сдаться, потому что это ранит ваше эго. Поэтому людей больше интересуют писания, писания не ранят эго так сильно. Вы можете выбросить их в корзину, или можете положить их в место поклонения. Писания не будут возражать вам. Вы не можете сделать этого с живым гуру. Ваше эго должно будет склониться перед ним.
Вы можете склониться перед писаниями, но при этом вы остаетесь хозяевами самим себе. В любое время вы можете отложить писания в сторону, они не могут ничего сделать против проявлений вашей силы воли. Но если вы кланяетесь живому человеку, это уничтожает ваше эго. Поэтому люди сначала ищут это в книгах. И потом, когда они устают, они ищут мастера, но к тому времени книги уже так сильно извратили человека, что он не может признать мастера, когда тот появляется перед ним.
И когда вы в конце концов приближаетесь к мастеру, вы несете с собой книжное знание и пытаетесь судить мастера согласно этому знанию. Но никакая книга не может сказать вам, каким должен быть мастер. Книга может говорить о гуру. Если есть книга о Кабире, она расскажет вам все о том, каким он был, но Кабир не родится снова. Книга описывает черты характера Кабира, но она не может передать его качества мастера. Если вы последователи Кабира, если вы тотально наполнены им и если вы хотите найти в точности такие же качества в другом человек прежде, чем признать его мастером, вы никогда не найдете мастера для себя. Кабир не может родиться снова.
Джайны-дигамбары не могут признать мастером человека, если он не будет полностью обнажен. Махавире просто доставляло наслаждение ходить раздетым, но мне это, например, не нравится. Если искатели будут искать Махавиру по этому признаку, они не найдут сейчас таких людей. И ирония судьбы заключается в том, что во времена Махавиры как раз его нагота мешала людям принимать его в качестве мастера. Возможно, нагота не указывалась, как необходимое качество, в книгах, это не считалось в те времена признаком святости. Ни один из тиртханкаров того времени не ходил раздетым, поэтому джайны сами в то время не были готовы принять его мастером, потому что нагота казалась им некультурной. Они отказались от Махавиры, потому что нигде в писаниях не указывалось о существовании нагих гуру. Потом Махавира умер, и вокруг него появились писания, и в настоящее время джайны передают образ Махавиры. В результате, когда появился Паршванатха в одежде, его не признали гуру, потому что он не был обнаженным.
Помните, какое бы писание вы ни читали, оно рассказывает вам об определенном мастере. Этот мастер не может больше вернуться назад. Мастер несравним, уникален, и поэтому если ваши глаза наполнены писаниями, вы никогда не сможете признать живого мастера. Писания рассказывают вам о тех, кто был и кого никогда больше не будет на земле. Те, кто верит в Махавиру, никогда не признают Будду. Самое большее, они могут считать его великой душой, махатмой, но не Багваном.
У меня есть один знакомый джайн, он написал книгу. Он действительно хороший человек, но это не дает ему понимания. Бедные люди обычно бывают глупыми, но хорошие люди также глупые. Глупость настолько глубоко укоренилась, что, хорошие вы или плохие, не имеет значения. Он хороший человек, и он в равной степени с уважением относится ко всем религиям. Он написал книгу: «Багван Махавира и Махатма Будда». Это в переводе означает: «Бог Махавира и Великая Душа Будда». Мой друг - писатель. Он известен в Пуне; на самом деле, именно он впервые привез меня в Пуну. Это старый преданный Ганди, от которого ему передалось ощущение того, что все люди равны. И он написал эту книгу, но его джайнский ум продолжал жить. В то время я жил у него. Я спросил у него: «Почему ты делаешь различия между Махавирой и Буддой, почему одного ты называешь Багваном, а другого называешь Махатмой?»
Он ответил: «Видишь ли, Махавира на самом деле Багван, но мы не можем признать Будду больше, чем Махатмой, потому что он не Бог. Бог не носит одежду. Он должен быть обнаженным!»
Вот в чем трудности! Не следует думать, что только джайны столкнулись с такими трудностями: каждый сталкивался с такими трудностями. Вот почему джайны не могут признать Раму Богом: потому что рядом с ним стоит Сита. Если он не отрекся от всего, как он может быть Богом? Поэтому джайны не воспринимают такую бесценную жемчужину, Ситу, таковой. Они не могут воспринять ее важность.
А Кришна? Они отправили его в ад, потому что вокруг него была не одна, а шестнадцать тысяч жен. Джайны были торговцами, купцами, и они боялись начать вражду с индуистами. Возможно, по этой причине они проповедовали ненасилие.