– Согласен. Но ты в Бездну не пойдёшь. – Уточнил Вирт. Дай слово.
– Буду паинькой. И даже в волну не полезу. – Заверила та. – Даже если ее увижу.
– Знаю я тебя. Если ты не пойдешь в волну, то волна приползет к тебе. – Проворчал Вирт.
Лера тоже скептически сморщилась.
Глава 16
Просторная комната с высокими потолками на три окна утопала в полуночном полумраке. Если не считать зашторенных окон, единственным источником света в это время были вмонтированные в двери встроенных шкафов индикаторы, заодно выполняющие роль ночных светильников.
Около каждого из окон стояло по кровати. Тумбочки около кроватей, три столика с креслами для занятий около стены и небольшой коврик на свободном пространстве дополняли обстановку.
Сами кровати от общей части комнаты отгораживались наполовину раскрытыми ширмами, которые при необходимости можно было даже полностью замкнуть, чтобы побыть одному. Это было личное пространство каждой из хозяек кроватей, которым, похоже, они очень дорожили и рьяно защищали от любых посягательств. В том числе и от соседок.
Ночную тишину нарушало только сопение девочек, уютно устроившихся под одеялами.
Никто не встрепенулся и не заметил появление светящейся голограммы девочки в странной коричневой форме, чем-то напоминающий военную. И даже шеврон на ее рукаве пока можно было найти не в каждом справочнике.
Осмотревшись, Хоть в том и не было необходимости, прибывшая крадучись приблизилась к кровати, стоявшей в дальнем углу.
– Линира, Линира. Да проснись же ты.
Девочка в кровати продолжала мирно сопеть под одеялом, не реагируя на зов.
Девочка растерянно замерла. Голограмма, что призрак. Ходит без шума, если нет других указаний электронной системе, и за плечо не схватишься. Оставалось только звать. Она еще раз попыталась окликнуть подругу.
– Не проснётся. – Раздался полусонный голос с дальней кровати. Соседка по комнате, зевая, села на кровати. – После переезда сюда, она спит как убитая. Хоть тревожные сирены включай. Все равно будет спать.
– Извини, я не хотела вас разбудить.
– Ничего. Паж принцессы не будет без причины появляться здесь.
– Ты меня знаешь? – Удивилась девочка.
– Кто же в этом детском доме не знает личного пажа принцесс? – Последовал риторический вопрос.
Еще на одной кровати зашевелились, устраиваясь удобнее.
– Если включить свет, тут будет дежурная няня и хорошо если одна. А то и врача с собой притащит. С распорядком у нас теперь строго. Ли, да толкни ты Линирку. Ведь так и проспит все интересное. Меня кстати Дариной зовут. Давно хотела познакомиться с тобой. А это Лиона.
Саяна проследила, как Лиона поднялась с кровати и, обойдя ширму, без особых церемоний затрясла подругу. Чисто автоматически, паж посторонился, пропуская соседку подруги. В этом тоже не было необходимости. Но вдолбленные правила дворцового этикета требовали при голографической связи реагировать на подобные сближения обычным образом.
– Подъём, соня, у тебя гости. – В полголоса позвала Лиона.
– А? Саяна? Ты давно здесь? – По-детски протирая глаза, удивилась проснувшаяся.
– Достаточно, чтобы познакомиться с нами. – Хмыкнула Дарина, заодно сдвигая ширму так, чтобы видеть происходящее в комнате.
– Что случилось? – Окончательно проснулась девочка и встревоженно села на кровати.
– Ничего. Просто у меня сейчас свободное время. И мне разрешили воспользоваться голосвязью в личных интересах. – Развела руками голограмма Саяны. – А с кем мен еще связываться? У мамы дома голопроэтора нормального нет. Так что с нею я и по обычному браслету разговариваю.
– Забавно. Связь, конечно, восстановлена, но не до такого же уровня, чтобы каждый мог пользоваться междугородным каналом. – Заметила Дарина.
– Этот служебная связь. – Вынужденно призналась Саяна. – Но про свободное время и разрешение-чистая правда. У меня окошко на ближайшие два часа. А все текущие звонки теперь принимает секретарь.
– Недурно. Насколько я знаю, голосвязь с абонентом вне города сейчас только в специальных помещениях. И то, надо свою очередь ждать. Ты наверно и с принцессой можешь связаться.
– Ну, быть на связи- это моя прямая обязанность. – Заметила девочка. – Но сама я с ее высочеством связываюсь редко. Для этого должно произойти что-то серьёзное, и чтобы рядом никого не оказалось, к кому бы я могла обратиться.