– Ночь нам здесь не продержаться. – Сделал вывод Лютик, после того, как туши еще двух подобных тварей начали растаскивать обложившие их хищники.
– За периметром мы не пройдём и нескольких километров.
– За периметром нет.
Лютик обернулся назад. К одной из торчащих скал, составляющих сейчас основу их обороны. Отвесные, а кое-где и под отрицательным углом, стены поднимались почти на пять-шесть метров над головой. А самая крупная из них воздымалась в два раза выше. Можно было предположить, что их вершины достаточно широкие, чтобы уместить теперь уже неполную десятку бойцов.
– Принято. – Одобрил Ассанш. – Больше, собственно, ничего и не остаётся.
Два бойца, используя естественные неровности и трещины в камне, относительно быстро смогли подняться на вершину и с помощью веревок организовать подъём основной части отряда и снаряжения. А ведь бойцы постарались поднять с собой и дрова для костра. Оставив внизу только то, что должно было сгореть. Больше уже осторожничать не имело смысла. И последние уходящие люди подожгли костер, одновременно отпугивающий тварей и ставший погребальным для погибшего.
Лютимир смог перевезти дух только когда в свете заходящего светила, последний из его бойцов встал на краю вершины. Площадка оказалась даже более тесной, чем можно было предположить снизу. Но высота скал обеспечила защиту от мелких тварей. И как они быстро в том убедились, и от степного хищника. Его лапы оказались не пригодными для высоких прыжков. И лазить по скалам он не мог.
– Похоже, нам удастся пережить эту ночь. – Выдохнул Ассанш. Заметив, куда смотрит и руководитель экспедиции, только вздохнул. – Мы бы не успели ничего для них сделать. Тащить тела сюда было безумием.
– Знаю. Но все равно не по себе. – Проворчал Лютик.
Внизу сразу несколько возбужденных запахом горелого мяса тварей уже крутились вокруг костра в попытке добраться до сжигаемых тел товарищей. Все, что отступающие ещё могли для них сделать.
С заходом светила дневные твари, что бесновались у подножия скалы, сменились ночными хищниками. В наступившей тьме снизу продолжали доносится рычание и визг. Время от времени, когти и морда одной из наиболее удачливых тварей высовывалась из-за края скалы. И тогда при свете костра в бой вступали дежурные бойцы.
Но в целом, ночь прошла относительно спокойно. Людям даже удалось по очереди поспать. Чему все порадовались в рассветный час, когда сквозь дымку рассеивающегося внизу тумана они рассмотрели всю картину, раскинувшуюся внизу.
Ассанш насчитал с десяток степных тварей, что он обозвал «авторитетами». Они по-прежнему вели себя как одиночки. Кое-где сцеплялись между собой. Но в основном просто крутились или выжидали на опушке леса. На месте бывшего лагеря уже не было ни трупов убитых накануне животных, ни остатков костра. А около самой скалы крутилась мелочь. В отличие от нескольких, пока еще незнакомых многоножек, начавших штурм скалы, они не делали больше попыток влезть на стену. Лютик обратил внимание, что наибольшие их скопления расположены в местах, откуда ночью сбрасывались убитые твари.
– Похоже, мы их ещё и прикармливаем. – Заметил Асанш, тоже обративший внимание на неравномерность распределения мелочи.
Сбоку прошел сигнал опасности. Над краем скалы показалась плоская голова, вооруженная жвалами и сразу две пары мелких лап, заканчивающимися небольшими клешнями. Вползающая на площадку многоножка легко уклонилась от удара меча, качнулась назад и… плюнула тонкой прозрачной струей. Вступивший в схватку с пришельцем Ларс отшатнулся с линии плевка и попытался ударить повторно сбоку. Тварь снова ушла от острия клинка и почти полностью выползла на горизонтальную поверхность. Резко выпрямившись на задней части туловища, она с высоты почти человеческого роста сделала выпад в попытке достать атакующего. Металлический меч заставил ее отдернуть голову. Но не было заметно, чтобы рубящий удар доставил хищнику серьезные неприятности. Даже не пробил панцирь.
Тварь снова выпрямилась, готовясь к атаке, но сделанный почти в упор выстрел откинул ее назад. Вторая крупнокалиберная пуля отбросила ее на полметра назад, за границу площадки. Где-то внизу раздалась радостная какофония. Там начинался пир.
Но смотреть вниз времени не оставалось. Сразу две плоские головы почти одновременно достигли своей цели.
Лютимир мрачно сжал рукоятку меча. Начало нового дня ему очень не нравилось. С того места, где он стоял, можно было наблюдать приближение еще нескольких многоножек. И что характерно, окружающие скалу твари без споров расчищали перед ними дорогу.