– Значит, ты можешь более точно определять направление на очередной Раскол?
– Не все так просто. – Покачала головой Иллис. – Главной проблемой в определении направления в мирное время, была именно большая интенсивность сигнала. Румми начинает чувствовать сразу несколько Расколов, через которые он проходит. И часто направления по интенсивности равнозначны. А вот по количеству пересекаемых миров сильно разнятся. Это не то, чтобы нырять в каждый встреченный переход, конечно. Но все равно приходится проверять каждый Раскол. А за Расколом, снова начинается множественность направлений.
– Ты рассказывала, но все равно я не понимаю, что ты делаешь?
– Вот если бы я была в отряде Лютика, можно было бы попытаться более точно определить направление.
– Нет уж. Сиди на станции. – Поспешно замотала головой Аллоиса. Твои родители и так нервничают. Что будет, если ты пойдёшь с разведкой.
– Понимаю. – Иллис грустно кивнула. – Да только на завершающем этапе мне все равно придется уйти с отрядом. Иначе мы рискуем застрять совсем рядом с нашими мирами надолго. А ведь это будут миры, где формируются миграционные волны.
Аллоиса не скрываясь, поежилась. Собственно все это уже не раз обсуждалось между ними. Была даже договоренность, что она по возможности прикроет подругу перед родителями хотя бы на время выхода.
Глава 28
Тактика передвижения экспедиционного отряда сильно изменилась с момента построения сети базовых станций и генераторов силового тоннеля. Теперь они редко уходили на длительный срок. Короткие выходы в одну-две недели в разные стороны от станции. По тем направлениям, которые Иллис определяла как наиболее вероятные. Выбор Раскола и сопровождение технической группы для строительства генератора и мобильной станции. Потом изучение нового мира. Если Иллис подтверждала направление, то начинался процесс переноса мобильной станции на ту сторону. А к Расколу подтягивался пункт стационарной базы.
Лютик, как бессменный е командир не был в восторге от нового порядка передвижения. Но оставшись однажды без Румми на долгие двое суток, предпочел поддержать все, что предложили военные, инженеры и учёные. И следовал их инструкциям неукоснительно. Несмотря на сильное замедление движения отряда в целом.
Этот выход отличался от всех прочих уже тем, что очередной Раскол был расположен слишком далеко. И выход был особенно длинным. Им потребовалось целых две недели, чтобы наконец увидеть цель.
Лютимир устало замер около выбранной для стоянки площадки.
Товарищи уже приступили к обустройству лагеря. А он, как единственный, кто мог контролировать Румми, как обычно оставался контролировать подступы.
Этот переход Лютимир мог с полным правом поставить в число самых тяжёлых с начала поисков. Несмотря даже на то, что раньше отряд уходил в полную автономию на несколько месяцев. Поначалу этот мир с очередным заумным номером в классификации ученых даже порадовал. Здесь оказалось мало крупных тварей. Они не собирались в миграционные волны или пока еще не был их сезон. Здесь было тепло и даже дышать можно было какое-то время без респираторов и почти без вреда для здоровья. А уж из-за буйной растительности и умопомрачительных запахов витающих над полянами с цветущими цветами и вовсе создавалось ощущение курортного мира.
Ему бы самому в первую очередь насторожиться от этой идиллии. Но первые выходы в этот мир прошли без осложнений. Вот и расслабился. Совсем не обратил внимания на наступивший сезон цветения. Хотя тут он был постоянный. Просто сменялись цветы на полянах.
И в этот выход вместо нападения тварей, они наткнулись на неизвестное ядовитое растение. Без колючек или там режущих листьев. Вполне безобидный на вид цветок, что рос на обширных полянах, раскинувшихся по ходу выбранного маршрута. Красивая семилепестковая чаша размером с ладонь из каплеобразных лепестков темно-сиреневого цвета с бирюзовой сердцевиной эффектно смотрелась на синевато-синем фоне местной травы. Поляны были буквально устланы этим цветком, истончающим слабый аромат со сладковатым вкусом. И как-то никто не обратил внимания на появившуюся сонливость и нарастающую апатию. Никому и в голову не пришло, что что-то может просочиться сквозь их респираторы.
О том, что происходит что-то неладное поняли, когда первый из бойцов прямо на ходу упал на траву и мирно захрапел. Пока пытались привести в чувство одного, зашатался еще один. Они уже успели к этому моменту пройти большую часть поляны, и возвращаться назад было уже поздно. Но и дойти до ближайшей опушки леса получилось не всем и с большим трудом.