Темное облако из мельчайших черных точек поднялось над травой и стремительно надвинулось, закрывая свет и накрывая маленькую группу. Аллоиса с интересом проследила, как зашевелилась грива кота. Чёрные точки с гулом ползли по его щиткам, пытались пролезть в щели между ними, пробраться между ставшими влажными волосками гривы. Грива Румми пошла волнами и спустя несколько мгновений, вниз из нее посыпались чёрные ручейки.
– Отлично. Живём парни! – Прокомментировал Лантер. – Яд Румми действует на этих москитов. Так что держимся кота.
Аллоиса ощутила несколько толчков в щеку. И болезненный укол куда-то в плечо.
– Закройся накидкой. – Только после подсказки подруги она вспомнила о маленьком пакете, который ей выдавался командиром охраны перед каждым таким выездом. Его было положено крепить на пояс. Но вместо этого, она всегда засовывала индивидуальную защиту в карман или дамскую сумку.
Торопливо нащупав маленький пакет индивидуальной биозащиты, она нажала единственную кнопку на его торце.
Неприятное ощущение обволакивающего все тело плотного материала прошло сразу, как он превратился в гибкую ткань, укрывшую её всю, вместе с одеждой. Даже на лице чувствовалась плёнка. Только прозрачная. Сразу стало душно. Зато толчки врезающихся трупиков после пролета облака крупных москитов прекратились.
Новая сигнальная ракета взлетела уже совсем рядом. Похоже, помощь была уже за холмом, около которого они защищались.
Лантер выдал ответный сигнал, а два его бойца одновременно ударили особо крупного грызуна, прикрывая своего командира.
– Румми, пропускаешь. – Прокомментировал Лантер.
Впрочем, больше для своих людей, чем для кота. Ниахара как всегда игнорировала реплики двуногих. Кота интересовала только старшая.
Из-за пригорка уже вынырнуло несколько колесных транспортов. Специально приспособленные для использования в условиях волны, они были полностью закрыты металлом и имели достаточно вооружения и боеприпасов, чтобы обеспечить себе проход в волнах не слишком крупных тварей. Конечно, долго выстоять против серьёзного вторжения машины были не в состоянии. И даже сейчас их экипажи сильно рисковали. Но главным назначением таких отрядов была эвакуация людей, а не позиционная оборона.
Длинные языки пламени вспухли на удалении от обороняющихся. Огонь, выброшенный из снарядов, пятнами расползался на удалении и начал формировать сплошную огневую полосу вокруг обороняющихся. Огонь вынуждал подступающих тварей менять направление движения или сжигал их.
Аллоиса услышала стрекот пулеметов и ручных огнестрелов. Пришедшие на помощь начали выбивать то, что было ближе, чем организованный огненный круг. Заработали и огнеметы ближнего боя. Их огненные языки то и дело облизывали борта собственных машин и сжигали траву под колесами.
Посадка для нее прошла как в тумане. Вопреки всем инструкциям в машину первым делом засунули именно ее, а не принцессу. Иллис забралась в темное нутро сама. Ее прикрывал Лантер, который и закрыл дверь за собой. Остальные бойцы распределились по другим автомобилям.
Все закончилось, когда машины вывалились на дорогу и смогли изрядно оторваться от волны. Но все равно запах горящей плоти ещё долго витал в этой металлической коробке. Аллоисе казалось, что она повсюду. Что она сама пропахла настолько, что не сможет даже отмыться. Тошнота все сильнее подкатывала к горлу, а в глазах сгущался туман.
– Сколько погибло? – Донесся до неё голос Иллис. Принцесса обращалась к Лантеру, оказавшемуся в одной с ними машине.
– Четверо. – Сдержанно ответил тот. – Ещё трое имеют тяжелые ранения и нуждаются в лазарете.
– Непросто далась нам эта волна. – Прокомментировала Иллис.
– Слишком много мелких тварей. – Согласился командир. Это всегда проблема. – Как там Румми?
– Обедает. – Иллис равнодушно пожала плечами. – Во время драки у него не было времени. Зато теперь отрывается по полной. Говорит очень вкусно.
– Хоть у кого-то все хорошо. – Философски согласился Лантер.
– Аллоиса, ты какая-то бледная. – Иллис участливо коснулась руки девушки.
– Для вас такие приключения наверно вместо развлечения. А для меня, все эти запахи…
– Какие запахи? – Удивилась Иллис. – Все уже давно выветрилось.
Аллоиса недовольно поморщилась. Сознание упорно отказывалось становиться ясным.