— Господи, — прошептал он, облизывая губы. При упоминании Эдди Марса лицо его стало белым, как полотно. Раскрыл рот, и сигарета чудом повисла в уголочке, словно пустила там корни. Потом произнес с бледной улыбкой, какая бывает обычно у пациентов в операционной: — Да ладно уж, вы меня просто берете на пушку.
— Хорошо. Беру на пушку, — я взялся за следующий конверт — автор этого письма был готов каждый день сообщать новости из Вашингтона, а так же все закулисные сплетни из первых рук. — Полагаю, Агнес уже на свободе?
— Ага. Она меня и послала сюда. Вас она интересует?
— Н-ну, все же блондинка…
— Глупости. Вы тогда кое-что сказали — в тот вечер, когда прикончили Джо. Вроде Джо должен что-то знать о Стернвудах, иначе не рисковал бы с той фоткой, которую им послал.
— Хм. Значит, что-то он знал. Что именно?
— Как раз за это я хочу получить свои двести долларов.
Бросив в корзинку для бумаг еще несколько писем от своих поклонников, я закурил новую сигарету.
— Нам нужно смыться из города, — сказал он. — Агнес свойская девушка, не сердитесь на нее. Женщинам в наши дни живется нелегко.
— Она для вас чересчур крупная, — заметил я. — Как навалится — раздавит в лепешку.
— Это грязная шутка, мистер, — заявил он тоном, в котором звучало нечто вроде достоинства, так что я удивленно взглянул на недомерка.
— Вы правы. В последние дни я вращался в дурном обществе. Перейдем к делу. Что скажете за эти деньги?
— Вы заплатите?
— Что я за них получу?
— Информацию, которая поможет найти Расти Рейгана.
— Я не ищу Расти Рейгана.
— Это вы говорите. Хотите слушать или нет?
— Выкладывайте. Заплачу, если скажете что-то важное. За две сотни можно купить кучу информации и без вас.
— Рейгана прикончил Эдди Марс, — объявил он, торжественно выпрямившись, словно его только что избрали вице-президентом.
Я показал ему на дверь.
— Этот вари нт мы даже не будем обсуждать — жаль кислорода. Убирайтесь, коротышка болтливый.
Стиснув зубы, от чего вокруг рта проступили белые полосы, он тщательно гасил сигарету — не глядя тыкал ею в пепельницу снова и снова. За стеной раздавался стук машинки: монотонное щелканье — звоночек — движение каретки — и опять щелчки ударов — строка за строкой.
— Я не болтаю, — произнес он.
— Исчезните, не отнимайте время — у меня дела.
— Ну нет, — повысил он голос. — Так легко от меня не отделаетесь. Я пришел сюда рассказать — и сделаю это. Расти я знал лично. Не очень хорошо, просто иногда его спрашивал: как дела? А он мне отвечал или не отвечал, в зависимости от настроения. Но это был хороший парень, и мне он всегда нравился. Крутился около одной певички — Моны Грант. Потом она сменила фамилию на Марс. Расти разозлился и в отместку женился на богатой мисс, которая вечно торчала в казино, словно дома ей не спалось. Вы ее знаете, такая высокая, черная баба — кобыла чистых кровей, и умеет завести мужчину. Не женщина — сплошные нервы. Расти с ней не ладил. Но ведь с долларами старого мистера он мог бы поладить, разве нет? Некоторые так и думали. Только Расти был чудной тип. Вечно о чем-то своем соображал, вроде бы в мыслях был в другом месте, отсутствовал. Думаю, деньги его вообще не волновали. И, по-моему, приятель, это его хорошая сторона.
А паренек, оказывается, вовсе не глуп, обыкновенному мошеннику подобные мысли и в голову не пришли бы, не говоря уж о том, чтобы их выразить и объяснить.
— И все-таки он исчез, — сказал я.
— Может, хотел исчезнуть. С той Моной. Она ведь не жила с Эдди Марсом, не по душе был его бизнес. В основном всякие побочные делишки — шантажирует, угнанные машины перепродает, разных типов с Востока укрывает, ну и всякое другое. Вроде бы Расти как-то при всех сказал Эдди — если впутает Мону в уголовные махинации, то придется иметь дело с ним.
— То, что вы рассказываете, Гарри, общеизвестно, — остановил я его. — Неужели вы рассчитываете за это получить деньги?
— Сейчас перейдем к тому, что известно не всем. Значит, Рейган смылся. Раньше я его видел каждый день после обеда у Варди — пил ирландское виски и пялился в стенку. Говорил мало. Иногда у меня делал ставку на какую-нибудь лошадь, потому что я иногда работал на Пасса Уолгрина, собирал ставки для конских бегов.
— Я думал, что у Пасса Уолгрина страховая контора.
— Это просто крыша. Хотя с вами он, возможно, и заключил бы страховую сделку, если очень настаивать. Ну, значит, примерно с половины сентября я уже Рейгана нигде не встречал. Сразу и не заметил этого. Знаете ведь, как бывает. Парень куда-нибудь ходит, и вы его видите, потом перестает ходить — вы его не видите, и только потом, через какое-то время вам стукнет в голову. А мне это стукнуло потому, что слышал, как один тип смеялся: мол, у Эдди Марса жена слиняла с Расти Рейганом, а Эдди, мол, делает вид, будто ничего не случилось, вместо того, чтоб лопаться от злости. Я это рассказал Броди, и Джо все шикарно усек.