В конце сентября начался полуфинал лиги чемпионов Азии, и на этот раз Динтянь пришлось играть против «Чон Бука Хюндай» из Южной Кореи. Первый раунд должен был пройти в Южной Корее.
Стадион Кубка мира Чонджу
— Фол же, где свисток?! — громко пожаловался Харман.
Юньпин Чжан с трудом встал, после чего потер ноги, стиснул зубы и продолжил играть.
Только что игрок «Чон Бука Хюндай» сфолил на Чжане, специально ударив Чжана своим коленом. В результате Чжан упал, но судья не свистнул.
И это был не первый случай, потому так «Чон Бук Хюндай» совершил несколько фолов в предыдущем матче, но судья ни разу не свистнул и не показал желтые карточки, а дал им лишь устное предупреждение.
В начале все посчитали, что это было из-за того, что «Чон Бук Хюндай» выступал на домашнем поле. Но постепенно все пришли к заключению, что судья просто был предвзятым, явно желая помочь хозяевам поля.
После нескольких таких фальшивых свистков местные игроки допёрли, что судья был мягок к фолам, поэтому они не могли не воспользовались преимуществом. В итоге они стали больше не отбирать мячи, а делать подкаты соперникам.
— По моему, «Чон Бука Хюндай» должен называться «Чон Бука Подкат».
— Не то слово. Гребаные корейцы могут подать заявку в список всемирного наследия, заявив, что они мастера подкатов…
— Они никогда не изменятся. На Кубке мира в Южной Корее всегда так.
Даже фанаты стали выражать свои чувства жалобами. На поле игроки Динтянь проявили стойкость после столкновений.
Судья еще раз свистнул, и первый тайм закончился. Счет был 0-0, так как ни одна из команд не забила, что на самом деле было хорошей новостью для Динтянь. Если бы Динтянь вернулся на своё домашнее поле с ничьей здесь, шансы у Динтянь продвинутся в турнирной сетке был бы выше.
Но «Чон Бука Хюндай» не мог допустить такой расклад, потому что отсутствие гола дома означало, что играть вдали от дома будет намного сложнее. В раздевалке Юньпин Чжан обнаружил, что его правая нога была в синяках.
— Так опухла. Корейцы те ещё засранцы, — сказал товарищ по команде с сочувствием.
— Хорошо, что здесь пнул, но если бы немного дальше, то моему хозяйству не поздоровилось бы! Корейцы — слишком коварны. Если бы не игра, ему бы досталось от меня! — сказал яростно Юньпин Чжан.
— Успокойся. В конце концов, они играют на домашнем поле, да и судья с ними за одно. Если ты не успокоишься, то рано или поздно отхватишь красную карточку. И тогда потеря перевесит выигрыш, — призвал товарищ по команде.
Рядом с ним Мартин, иностранный игрок, ходил по раздевалке с помощью врача.
— Как себя чувствуешь? — спросил врач с тревогой.
— Все еще болит, — сказал Мартин, стиснув зубы.
— Я проверил тебя — ни одна кость не пострадала. У тебя перенапряжение, которое ты испытывал раньше, и оно почти прошло, но противник наступил на ногу, и теперь всё стало ещё хуже. Тебе нужно больше ходить и разминать ее, — сказал врач, в спешке собирая слова, чтобы объяснить.
Врач команды Маралони выглядел мрачным.
— Ну что, тут у вас? — спросил Харман.
Маралони покачал головой: — Ничего хорошего. Большинство игроков уже имели травмы, а теперь их травмы стади более серьезными. Хоть они и не повлияли на их игру на поле, они определенно могут повлиять на них во втором тайме.
— Есть ли кто-нибудь, кто нуждается в особом внимании? — продолжил Харман.
— Большинство из них имеют обычное перенапряжение или синяки, поэтому с болеутоляющим спреем и простым массажем у них все должно нормализоваться через 45 минут после лечения. Но ситуация с Цзинюань Чжаном — более сложная. Ему сделали операцию на лодыжке, но в первом тайме ему ударили по ней. Теперь он не сможет бегать как раньше, — сказал Маралони.
— Ударивший его должен был получить желтую карточку! — Харман тут же нахмурился и сказал: — Чжан является важным звеном в левой части поля, чтобы сломать защиту противника. Кроме того, он отвлекал внимание защитников, чтобы создать благоприятные возможности для атаки Неола. Если Цзинюань Чжан не сможет бегать, мы потеряем важное звено в тактике.
— Я старался изо всех сил, но сейчас Цзинюань Чжану трудно бегать так же легко, как в первом тайме, а потому я предлагаю вам заранее подготовиться к замене или изменению тактики, — сказал Маралони.
Как только Маралони остановился, кто-то сказал: — Расступитесь!
Когда Харман и Маралони посмотрели в направлении звука, они увидели в раздевалке, как Цзинюань Чжан бегает в ускоренном темпе то туда, то сюда. А его движения были плавными.