…
Даи Ли поместили в одиночную камеру. Офицер-китаец даже дал Даи Ли старый журнал, чтобы скоротать время.
Из этого можно было заключить, что обращались с Даи Ли хорошо. По крайней мере, его не заперли с другими преступниками.
Единственное, чего в избытке хватало крупным городам в США, — это преступников. Безопасность была проблемой во многих крупных городах США, так как в больших городах было много трущоб и бродяг, которые являлись источником правонарушений. А сельские районы, как правило, были гораздо безопаснее.
Это было особенно заметно в таком большом городе, как Лос-Анджелес, где редко можно было найти пустую камеру в полицейском участке. Уровень преступности был высоким, и многих подозреваемых привлекали за кражи, драки или вандализм; однако они могли быть головорезами, такими как убийцы, торговцами оружия или наркотиков. Если попадешь с этими людьми в одну камеру, пусть даже на несколько часов, тебя могут хорошенько отмутузить, а если не повезет, то и изнасиловать.
Таким образом, пребывание Даи Ли в одиночной камере было больше похоже на защиту, спасая его от преступников.
С другой стороны сержант Такер допрашивал Криса Пейтона.
— Тебе лучше рассказать, где сейчас твой отец и два брата, — Такер угрожающе посмотрел на Пейтон.
Пейтон кивнул и назвал свой адрес.
— Ты издеваешься надо мной? Если бы мы могли найти твоего отца и двух братьев в твоем доме, как ты думаешь, мы бы поехали тебя ловить? — Такер ударил Пэйтона низким голосом.
Пейтон, однако, выглядел крайне спокойным. Он вырос в семье гангстеров, поэтому привык к подобным ситуациям. Он не первый раз посещал полицейский участок.
Пэйтон пожал плечами и сказал: — Если Вы не можете найти их в нашем доме, тогда я не знаю, где они. Последний раз я видел их на прошлом рождестве. Даже если бы мы встретились, они не сказали бы мне, чем они занимаются.
— Ты не знаешь, чем занимается печально известная семья Пэйтон из Лос-Анджелеса? — сержант Такер явно не поверил его словам.
— Понятия не имею, — Пейтон серьезно покачал головой. — Я снимаю квартиру и не бываю дома. Вы даже можете проверить это.
Как только Такер собрался что-то сказать, в дверь постучал его подчиненный.
— Босс, мы поймали человека, вы должны посмотреть на него! — сказал офицер.
— Мы ловим людей каждый день. Вы должны следовать процедуре и обработать его самостоятельно. Я здесь допрашиваю подозреваемого, — нетерпеливо сказал Такер.
— Босс, этот человек особенный, вам лучше сходить и лично посмотреть, — сказал офицер.
— Хорошо, — Такер слабо вздохнул и вышел из комнаты для допросов.
На скамейке лежал хорошо сложенный темнокожий мужчина. Его лица не было видно, но от него несло алкоголем, и он, казалось, находился в полубессознательном состоянии, когда свежая кровь капала с его свисающих рук.
— Он ранен? Помоги ему остановить кровь. А то запачкает наш пол, — сказал сержант Такер.
— Это не его кровь, это кровь потерпевшего. Он одним ударом сломал противнику переносицу. Пострадавший потерял сознание на месте и сейчас в больнице, — пояснил офицер.
— А с ним что? Он потерял сознание? Или он пьян? — продолжал спрашивать Такер.
— Он пьян, — ответил офицер.
— Еще даже не стемнело, а он уже так лакался. И даже кого-то отмутузить успел, — сказал Такер с выражением отвращения на лице.
— Кроме того, он курил марихуану. Когда мы поймали его, он был полубессознательном состоянии, — добавил офицер.
— Это просто марихуана, кучу старшеклассников балуются ей. Наши сенаторы фактически узаконили эту штуку за шесть миллиардов долларов в год! Ну не идиоты ли. Разве они не знают, что она увеличивает уровень преступности!
Такера переполнял гнев. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, прежде чем сказать: — Если мы не можем обвинить его в хранении марихуаны, то посадим его за драку.
— Босс, сначала вы должны увидеть, кто он, — напомнил ему офицер.
Такер с отвращением подошел к нему. Было очевидно, что ему не нравится исходящий от этого человека запах алкоголя.
Однако, когда Такер увидел лицо чернокожего, его лицо мгновенно застыло, как будто он схватил горячий ямс.
— Как так, почему этот парень? Зачем ты привел сюда этого беспокойного человека? — хотя Такер говорил так, словно обвинял кого-то, его тон, казалось, указывал на то, что он на самом деле жаловался.
Когда после драки кто-то получил травмы, полиция, естественно, должна была что-то сделать. Доставить этого человека в полицейский участок считалось обязанностью полицейского, так что винить того было не в чем. Только потому что этот черный человек имел особый статус, у Такера началась головная боль.