…
«Я придумал предлог, чтобы взять образцы крови Джимми Эйлвина, Джастина Александра и Шона Форда. И я попросил очень надежных людей прислать вам образцы, поэтому, пожалуйста, будьте готовы их принять», — раздался голос Себастьяна по телефону.
«Хорошо. Я попрошу кого-нибудь проследить за этим», — сказал Франклин.
«А что мы будем делать, если ничего не найдем в их образцах крови?»
«Если мы не найдем ничего в их образцах крови, то можем попробовать что-нибудь еще. Я жду результатов расследования», — сказал Франклин.
«Есть ли какой-нибудь прогресс со стороны частных детективов?» — нетерпеливо спросил Себастьян.
«Пока что тишина. Они даже послали кого-то, чтобы тот притворился клиентом в тренировочном центре Даи Ли, но еще ничего не узнал», — Франклин вздохнул и продолжил: «Ты — главный тренер национальной команды, а потому с помощью своего авторитета можешь помочь нам».
«Понятно. Через два дня будет собрание, и я постараюсь задать им несколько вопросов. Надеюсь, я смогу получить хоть какую-нибудь информацию». Когда Себастьян сказал это, он услышал стук в дверь.
«Кто-то пришел навестить меня. Я вешаю трубку. Пожалуйста, дайте мне знать, если что-нибудь узнаете». Себастьян нетерпеливо повесил трубку.
Создание личных файлов с биологической информацией было оправданием. Просто Себастьян хотел достать образцы крови Эйлвина, Александра и Форда. И, как главный тренер сборной США, Себастьян имел на это право.
Перед Франклином сидел мужчина лет шестидесяти с вытянутым лицом и глубоко посаженными глазницами. Но самой очевидной особенностью был его большой орлиный нос, который напоминал нос пингвина в фильме «Бэтмен».
Когда Себастьян говорил с Франклином по телефону, не догадывался, что в комнате Франклина есть кто-то еще. Если бы он знал, то не стал бы говорить с Франклином, потому что они говорили о том, что другим нельзя было знать.
Единственная причина, по которой Франклин позволил этому человеку остаться в комнате, заключалась в том, что он не мог это сделать.
Когда Франклин положил трубку, он тут же объяснил мужчине: — Себастьян звонил. У него есть образцы крови. Скорее всего, они будут тут уже сегодня.
— Как только они привезут образцы крови, вы сразу же можете приступить к их проверки. Надеюсь, вы найдете что-нибудь, — сказал человек с орлиным носом.
— Я постараюсь. Но я не смог найти какие-либо проблемы в их образцах мочи, поэтому я беспокоюсь, что мы не сможем найти какие-либо проблемы и в их образцах крови, — сказал Франклин.
— Не волнуйся, просто делай свою работу. А ещё напомни, пожалуйста, детективам не прекращать свою работу. Это имеет решающее значение для поиска других подсказок. У меня все еще есть план Б, — попросил человек с орлиным носом.
— Как вам будет угодно, мистер Блехер, — ответил Франклин.
Если бы Себастьян находился в этой комнате, то очень сильно удивился бы, увидев человека с орлиным носом. А также Себастьян предпочел бы поскорее смыться и держаться подальше от человека с орлиным носом, да и расторгнуть контракт с лабораторией Франклина.
Имя «Блехер» было хорошо известно спортивным тренерам и спортсменам, и с владельцем этого имени не разрешалось иметь какие-либо контакты.
Блехер — ученый и владелец фармацевтической компании. А его прозвище — «отец прогормона».
Прогормон — своего рода синтетический метаболический гормон, образованный ферментативным преобразованием в организме. Прогормон может увеличить мышцы и их прочность, уменьшить жир, и улучшить сексуальную активность. Как только он входит в тело, он преобразуется в стероиды. Для спортсменов прогормон был своего рода допингом.
Поскольку его называют «отцом прогормона», то не было никаких сомнений, что он — самый старый эксперт в этой области. Более того, он — всемирно известный эксперт с кучей исследовательских достижений за поясом.
Нет ничего плохого в том, что ученый занимается исследованием прогормона, но то, что сделал Блехер, выходит за пределы научной этики.
Во время холодной войны Соединенные Штаты и Советский Союз соревновались в политике, экономике, военном деле, науке и других областях, включая спорт. Для достижения лучших результатов спортсмены из обеих стран начали принимать различные препараты, что привело к быстрому развитию препаратов, то есть допинга.
Международный олимпийский комитет начал кампанию против допинга в 1968 году, но это не сработало. Особенно в 80-е, когда допинг бушевал среди спортсменов, билось кучу невероятных мировых рекордов. И благодаря допингу некоторые из них даже не могли побить спустя несколько десятилетий.