— Она не отказывает только больным, — вставила девушка и у Ариса глаза на лоб полезли. Черная ведьма лечит людей?
— Помогает всем. Вылечила мою маму. Я привела ее на берег, когда маме было очень плохо. Волшебница услышала мою просьбу и вскоре белки по стеклянному мосту, принесли с острова лекарство Мама скоро встала на ноги, спасибо волшебнице!
— Вы зря считаете ее злой, — сказал мужчина. — Она нелюдима, вот и все. Ни к кому она не выходит, только иногда ее видят, если туман на островке немного рассеивается.
— Чего стоят все эти рыцари из томозиев! — вставил второй мужчина. — Так и лезут, так и лезут! Просят, чтобы она заговорила им оружие, или помогла выиграть в поединке, или дала власти и славы…
— Она никогда не отвечает им, но рыцари все равно к ней едут. Иногда встречаются очень назойливые. Сидят у озера днями и ночами. Уговаривают и требуют, — продолжал рассказывать мужчина, повернувшись к ним вместе со стулом. — Тогда с острова появляется густой туман. Лучше сразу бежать от него. Он ядовитый. От этого тумана начинает сильно болеть голова. Так, что хочется бежать подальше.
— Но встречаются такие настырные, что… — подхватил второй. — Помнишь рыцаря, который приезжал в том году? Он все просил, чтобы волшебница сделала его королем. Она молчала, а потом послала туман. Так этот человек остался! Он видел, что она смотрит с островка и крикнул, что останется и не уйдет, пока она ему не поможет!
— Да, да, — сказал первый мужчина. — Он приковал себя цепью к дереву, а ключ выбросил в воду. Это видели его оруженосцы. Со страху они забрались на пригорок, куда не доставал туман. Рыцаря они не видели, только слышали. Сперва вроде бы все было хорошо, а потом он закричал. Кричал, что ему больно. А потом звал их и требовал, чтоб они пришли и отцепили его.
— Судя по всему, — вставил еще один посетитель, и Арис увидел, что половина таверны слушает, — человек он был так себе, если никто не захотел рискнуть ради него. Ведь туман не смертелен, если не дышать им слишком долго.
Дальше продолжал первый мужчина:
— Все равно нехорошо, что они его бросили, ведь давали клятву! Но я слышал что он долго кричал, а потом заплакал. Сперва он просто плакал, а потом зарыдал, как малое дитя, и всхлипывал, и выл, все громче и громче. А потом только тихо шептал что-то горестным голосом, будто разговаривал с кем-то. То ли умолял, кого то, то ли просил прощения, они не разобрали. После его оруженосцы слышали, что он вытащил меч и воткнул его в себя с таким вздохом облегчения, будто бы наконец получил самый ценный дар в жизни.
— Иногда говорят, что она жестока, — тихо сказала девушка. — Говорят, что могла бы рассеять туман, а она не сделала этого и он умер. И я тоже думаю, что хотя она и прекрасна, могла бы быть подобрее…
Арис был с ней не согласен. Ведьма ясно сказала тому молодчику, чтоб уходил. О тумане он знал, но приковал себя к дереву именно на то рассчитывая — что сжалиться, уберет туман и сделает, что он просит. Ну и ведьма показала, что на слабо ее не возьмешь. И поступила верно. Может, не по-женски это, скорее по мужски. Он и сам бы так поступил честно говоря. Иначе потом потянулись бы эти рыцари косяками и никак уже она бы от них не отвязалась. Если давать волю и няньчится со всеми подряд, то сядут на шею. Нет уж, пусть лучше боятся!
— А ты оказывается жесток! — грустно сказала девушка, но не отодвинулась, а наоборот крепче прижалась к нему. Арис уже давно заметил, что порой девушки странно ведут себя — вроде бы они против жестокости, но сами льнут к самым жестким.
Девушка заговорила снова:
— Нет, я скажу тебе, и правда иногда волшебница бывает жестока… Однажды к волшебнице пришла… впрочем не важно, как ее звали. Девушка плакала и просила помочь. Целый день не сходила с места! И наконец в сумерках увидела, что фея вышла на берег. Девушка обратилась к ней с почтением и попросила помочь вернуть возлюбленного. Он обещал стать ее мужем, а потом ушел к другой.
По тому, с каким трагизмом рассказывала об этом девушка, стало ясно, что говорит она о себе. Арису стало ее жаль, и немного смешно. Он уже знал, что ответила ей фея, однако ничего не сказал. Впрочем девушка тут же подтвердила его догадку:
— Она не успела все договорить, как фея ушла, даже не дослушала! Девушка долго ждала и иногда снова звала ее, но когда взошли звезды, с острова выбрался огромный медведь и прогнал ее!
Арис не выдержал и засмеялся. Девушка вскочила на ноги и убежала, вытирая слезы.
Мрачным Арис вернулся на постоялый двор. Антор в таверне играл в карты с дворовым слугой. Остальные кочевники тоже нашли себе занятие по душе: кто-то ушел в город, а один сидел в зале, в волосах у него был венок из цветов, а на коленях девушка.
Хмуро оглядев все это, Арис пошел наверх. Старик-в-длиной-кофте был у себя в комнате. Лежал, глядя подслеповатыми глазами в окно, на залитые солнцем крыши.
— Лежишь? — тихо и зло спросил Арис. — Мечтаешь?
— Нет, обдумываю кое-что, — ответил старик. Судя по всему ему было все равно, что Арис зол. Он даже не взглянул в его сторону.
— О чем же ты задумался⁈ — рявкнул Арис.
— О том, что умирать я буду долго и мучительно, — тихо ответил старик. — Колдун дал мне почти бесконечную жизнь. Какова же будет смерть? Если простой человек сгорает за три дня… то сколько лет я буду гореть перед смертью? Сотни? Или тысячи?
Ариса как холодом обдало. И правда, конец старика ждет печальный, но он был слишком зол, чтобы сейчас думать о чужих бедах. Он шагнул к старику, вытащил нож и спросил, пристально глядя ему в глаза:
— Хочешь, я убью тебя сейчас⁈ Твоя долгая — долгая жизнь оборвется!
И отшатнулся, когда старик прошептал:
— Я хочу!
— Только ничего не выйдет, — с горечью добавил он. — Я пытался, можешь мне поверить. Много раз…
Арис вдруг остыл. Он и сам не знал, отчего так разозлился. Старик уж точно был не виноват в том, что Арис забыл ради чего сюда приехал. Он сказал тише:
— Мне жаль, что с тобой так случилось. Но нам пора пойти к ведьме.
И помолчав немного добавил:
— Я забыл зачем приехал, а зол был на тебя. Не знаю почему. Нет, я знаю. Почему за эти дни ты ни разу не сказал мне об этом? Почему не напомнил?
— Я ждал, — ответил старик.
— Чего?
— Ждал, что ты выберешь. Я знаю, что происходит у тебя внутри. Ты первый раз оказался так далеко от дома. Здесь ты не вождь огромного племени, а всего лишь молодой парень. Ты можешь играть, быть беззаботным, улыбчивым. Гулять с девушками. Можешь ошибаться и ни за что не отвечать. Это огромный соблазн. И я ждал — что ты решишь.
— Ты думал, я забуду о долге⁈ — в этот раз Арис был в бешенстве. Он вскочил на ноги и ревел, как раненный бык. — Ты думал, я брошу своих людей⁈ Коттов⁈ Болотный народ⁈ Да за кого ты меня принимаешь, старик⁈
Старик молча смотрел в пол и ничего не ответил. Немного поостыв, Арис сказал:
— Ни один человек в мире не может поступить так подло, как ты думал!
И тогда старик сказал:
— И тут ты ошибся, о вождь.
Больше Арис ничего не стал говорить. А на другой день, с утра, он, старик и Антор оседлали коней и поехали к ведьме. Арис думал, что сейчас они минуют городские ворота и поедут к лесу, но старик, не доезжая выезда, свернул в боковую улицу и Арис не стал уточнять — зачем.
Антор выглядел немного пришибленным, будто его окунули в воду и вытащили. Он сказал:
— Знаешь, Арис, со мной что-то не то было. Как мы приехали сюда, я будто позабыл, кто я… целыми днями я просто жил, да веселился. Мне стыдно! Никогда еще я не забывал о долге.
Арис только вздохнул в ответ.
Вскоре улицы стали узкими, из сточных канав несло гнилью, а люди плотоядными взглядами рассматривали их одежду и коней. Арис, перехватив меч так, чтоб рукоятка оказалась под рукой, угрюмо оглядывал чумазых детей, про себя раздумывая, куда это их завел старик.
Вскоре они остановились перед хибаркой, почти вросшей в землю, старик спрыгнул и привязал коня к коновязи. Арис с сомнением огляделся по сторонам: