Суровость вернулась к людям и холодный разум десяток офицеров и тактиков за ночь спланировал план эвакуации из Силя нескольких десятков тысяч жителей города и ещё тридцати тысяч солдат.
На следующее утро 4 Ремиля 1327 года армия королевства Убинтау устроило грандиозную вылазку за стены города создав тем самым прорыв и коридор для эвакуации жителей города сквозь эльфийское войско. Эгнаса тем временем бомбила эльфов со стен города своими падающими звёздами став мишенью для океана эльфов и прочих существ ставшие на сторону врага.
А ведь со стороны действительно выглядело так что она стоя на стенах города совершенно одна сражалась против всего мира на фоне алого рассвета под рёвом сотни тысяч эльфов. Такой вид был пугающим и когда Эгнаса осознала это, то ужаснулась, но не от того что сражается одна против всех, а от вопроса что пришёл ей в голову: а всегда ли она будет сражаться? Ждёт ли её когда-нибудь покой в этом мире?
В этот момент Эгнаса стоя на стенах Силя попутно обращая северные позиции эльфов в лунную поверхность сжигая всё что находилось в её поле зрения кое-что поняла:
«Нужно изменить мир.»
Битва за Силь продолжалась.
.
..
…
***
…
..
.
Очередной день битвы закончился горами трупов за стенами города, эльфийских трупов если быть точнее и грудой обломков зданий, повозок внутри Силя, а также кровавыми прудами куда стекала вся кровь и человеческая, и эльфийская.
Сойдя после сражения в подземелье Эгнаса принялась ждать следующего утра чтобы продолжить истреблять эльфов на стенах этого города. Я последовал за ней в её покои чтобы кое о чём поговорить с королевой.
Пройдясь по подземным коридорам, я нерешительно подошёл к двери поднеся кулак чтобы слегка постучать. Перед тем как это сделать я тщательно обдумал то что собираюсь ей сказать. То, что она тогда решила сделать, какое решение она приняла совсем меня не устраивает.
Хоть я и понимаю её мотивы — это защитить свой народ от угроз, но то какой способ она выбрала для этого меня совсем не радует и даже больше: пугает. Это и собираюсь я ей сказать, точнее собирался.
Собравшись с мыслями, я делаю три лёгких стука по двери и слышу в ответ её привычное:
— Входи.
Я так и сделал, и открыв скрипучую дверь я перешагнул через порог оказавшись в небольшой уютной каменной комнате, освещённой белым магическим камнем висящем на потолке. Эгнаса в своём боевом облачении сидела на бархатном кресле и просто ждала. Она часто так любила делать после работы просто сидеть и думать. Даже здесь она не избавилась от своей странной привычки.
Я помню, как она вернулась со стен города после битвы вся облитая с головы до ног в ярко-красной крови, но видя её такую чистую и красивую я понял, что она по всей видимости очистилась, используя свою магию.
В следующий миг она обратила на меня своё внимание.
— Александр? — удивлённо подняла на меня свой изумрудный взгляд Эгнаса. — Тебе что-то нужно?
— Просто поговорить. — сказал я, закрыв за собой дверь. — Прошло уже две недели с начала войны, но шансов на победу так не было так и нет.
— Мы… победим. — неуверенно проговорила Эгнаса прикрыв веками свои изумрудные глаза. — Нет. На самом деле я не уверена в том, что мы победим. Я всё спланировала и всё пока идёт как надо.
— Тысячи погибших входили в эти планы? — с недовольством в своём голосе спросил я её и Эгнаса печально подтвердила мою жуткую догадку.
— Да…входили… без жертв, к сожалению, никак нельзя было обойтись. — с печалью в голосе отозвалась Эгнаса.
В этот момент я сжал свои кулаки от злости.
«Да как ты можешь так это спокойно говорить?! Ты и вправду решила пожертвовать столькими людьми ради своих гнусных и ненужных желаний?!» полнили меня такие мысли в этот момент.
Я сделал несколько вдохов и выдохов чтобы как-то успокоить себя и решил присесть рядом с Эгнасой на другое кресло в этой комнате.
— Неужели войны нельзя было избежать? — более спокойно спросил я Эгнасу.
Она покачала головой и ответила:
— Можно, но… тогда… тогда было бы намного хуже, чем без неё.
— Почему?
Эгнаса повернула ко мне свою голову и сказала, глядя мне в душу своими изумрудными глазами:
— Потому что я… — Эгнаса внезапно остановилась, не став договаривать. Она не стала договаривать, а затем и вовсе отвернулась от меня.