Войско принца покинуло город вечером. По традиции дома в Нарбонне подожгли, а наиболее знатных пленников Эдуард увел с собой. Рыцари и солдаты последовили примеру принца и также забрали своих пленников.
Принц Эдуард с раздражением отбросил в сторону секиру. Штурмы замка не принесли результата. Максимум чего добились его рыцари — проломили ворота, но дальше не продвинулись.
— Чертовы французы! Мы почти прорвались, но эти дети дьявола стали расстреливать нас в упор из проклятых богом арбалетов, — рассказывал граф Уорвик, не обращая внимания на усмешку предводителя гасконцев капталя де Бюш.
— Томас верно говорит, — подтвердил слова старшего брата Джон Бошан. — Стрелки стоят полукругом, гореть им в аду.
— Убитые есть? — поинтересовался Джон Чандос.
— Пять, пять моих лучших людей стали жертвой этих выблядков дьявола, — прорычал граф Уорвик.
— Что у тебя? — Чандос задал вопрос капталю.
— Мы расчистили мост, но дальше пробиться не смогли, — ответил де Бюш.
— Этого следовало ожидать, — сир Одли в задумчивости поскреб заросший трехдневной щетиной подбородок.
— На сегодня все, — принц справился с раздражением, охватившим его, обретя вновь ледяное спокойствие. — Трубите отбой.
Распустив совет, на котором присутствовали почти все командиры отрядов его армии, принц попросил графов Оксфорда и Уорвика задержаться. Бартоломью де Бургерш взял слово.
— Все идет по плану, мой принц. Завтра продолжим штурмы замка так яростно, как сможем. Они нам поверят.
— Если ничего не получится, то ты ответишь за все, — Уорвик недовольно скривился. — Я пожертвовал жизнью пяти своих лучших оруженосцев.
— Принц по справедливости оценит ваши жертвы, — невозмутимо ответил Бартоломью.
Эдуард подтвердил его слова коротким кивком.
— Не знаю, что выйдет из вашей задумки, — граф Оксфорд пронзил де Бургерша гневным взглядом. — Но если мы не возьмем замок — это плохо скажется на настроении моих людей. Впрочем, не только моих.
— Нам нужен этот штурм, — горячо воскликнул сир Одли. — Почти месяц мы только и делаем, что грабим и жгем, жгем и грабим. Рыцари самовольно уводят людей в рейды.
— Хорошо, — согласился граф.
— Беарнцев пошлем в рейды по стране, они того заслужили, — вынес решение принц. — А люди капталя и других гасконских сеньоров пусть продолжают штурмы ворот.
Всю ночь солдаты восстанавливали свои силы. Вина и еды они нашли в изобилии, сеньоры не мешали разгулу солдат, предпочтя убраться за стены города, от греха подальше. Но не все рыцари покинули город. Коек-то предпочел остаться внутри, ведь в городе еще оставалось много добра. Жан де Помье стал одним из таких смельчаков, но рыцарь поплатился за свою отвагу. Каменная глыба, пущенная из метательного орудия в замке, убила под рыцарем коня и тяжело ранила его самого. О случившемся несчастье незамедлительно проинформировали принца. Эдуард воспринял это известие на редкость спокойно и велел отправить в город глашатаев с повелением под страхом смерти покинуть опасные кварталы.
Ранним утром штурм замка возобновился. Сыновья графа Уорвика проявляли чудеса храбрости. Особенно отличился Томас. Зять графа проявлял разумную осторожность, но безрассудство шуринов заставляло сира Роджера не уступать им в отваге. Быть мужем красавицы Мод совсем не просто. Атакующие раз за разом ходили на приступы, понесли большие потери, и многие рыцари в результате отказывались идти в атаку, находя благовидные предлоги, что бы покинуть формирующиеся колонны. Эдуарду ничего не оставалось делать, как трубить отбой. Шут принца зло шутил над незадачливыми командирами, пока Эдуард не велел ему заткнуться.
Войско покинуло город, выйдя на равнину. Гасконцы задержались с выступлением, в огне пожаров продолжая грабить дома.
На ночевку армия остановилась у Кюксак-д’Ода. Город оказался не плохо укреплен, а жители полны решимости защищать свои дома. Здесь принц, разозленный вылазкой гарнизона Нарбонна, когда французы потрепали гасконские отряды и отбили большое количество повозок с награбленным добром, назначил выкупы знатным жителям Нарбонна, имевшим глупость попасться в руки англичан.
— Сроку даю вам до утра. Кто не внесет назначенную сумму — пусть пеняет на себя, — объявил принц пленникам. В пылающий город поскакали гонцы, отвозя письма с просьбами к родственникам не поскупиться и привезти деньги.