Расширенные от ужаса глаза подтвердили его догадку — пленники понимал их речь. — Ну, так как? Продашь свою долю?
— Сколько заплатишь? — в глазах Николаса мелькнула искра алчности, и пока из нее не возгорелось пламя, Робин быстро отсчитал несколько монеток, бросив их другу. Товарищ ловко поймал их, тут же спрятав в многочисленных складках куртки.
— Ну, так как? — Робин повторил вопрос.
— Он твой, — с довольной улыбкой на лице ответил приятель, про себя радуясь, что смог получить несколько монет без всякого труда для себя.
— Ты иди дальше один, а я тут задержусь, — предупредил друга Робин, останавливаясь у тропки, ведущей в лесную чащу.
— А повозка? — англичанин остановился рядом с ней в надежде получить еще несколько монет, за то, что ничего не стоит.
— Хватит? — спросил Робин, отсчитывая монетки. — Тут и за коня твоя доля, — на всякий случай предупредил он приятеля.
— Вполне, — ответил довольный англичанин.
Робин дождался, пока фигура приятеля не скроется за поворотом, потом сел на повозку и стал править в лес. Глубоко в лесную чащу, он не стал углубляться, остановившись под одним из могучих деревьев с пышной кроной.
Пленник смотрел на Робина во все глаза, бормоча тарабарщину на своем языке.
— Слышь, урод, кончай ваньку валять, — обратился к нему англичанин, стаскивая пленника с повозки и усаживая под деревом. Робин дал ему время осознать свое положение, пока привязывал к стволу дерева.
— Вот так будет хорошо, — удовлетворенно произнес Робин, оценив результат своего труда.
— Я могу заплатить, я имею средства, — выкрикнул пленник, съежившись от страха, когда увидел в руках Робина длинный нож.
Робин сразу заулыбался, довольный произведенным впечатлением. Хитрец заговорил по-английски и готов заплатить за свою жизнь.
— Не очень много, правда, — сразу же поправился француз, но видя как страшный англичанин, вновь схватился за ножик, поспешил уточнить. — Но все же достаточно, что бы вы остались довольны.
— Сразу бы так, — проворчал Робин, делая страшное лицо. — Имя? Занятие? И как тут оказался?
Пленник представился Бернаром из Миранде, честно назвав свое имя и род занятий. Как только речь зашла о торговле, в Робине моментально проснулся Аркадий Петрович. Доброжелательный тон англичанина и отвлеченная тема разговора расслабили пленника, он охотно отвечал на вопросы и давал необходимые пояснения, когда того требовал англичанин. Город готовился к осаде. Долгой она не будет, в этом сомнений нет ни у кого. В армии принца нет осадных орудий, во всяком случае, больших. А от штурмов стен горожане рассчитывали отбиться. Сильный гарнизон внушал оптимизм, а отважный капитан сумел зажечь в сердцах горожан пламенную решимость защищать свои жизни и имущество (спрашивается, тогда какого черта сам решил удрать из города?). Городскому ополчению не хватало оружия. В этом большого секрета нет. Всем известно, как хранится оно в городских арсеналах. Теперь даже простой кинжал из некачественного железа стоил больших денег, не говоря уж про мечи и доспехи. Каждый житель хотел вооружиться лучшим образом. В голове Робина созрел план, как взять выкуп с пленника и еще даже заработать.
— Десять ливров, — озвучил он сумму выкупа.
— Я принесу, — закивал головой пленник.
Робин ухмыльнулся. Принесет он, как бы ни так… Ищи дурака. А вот жадность до денег — заставит тебя заплатить. Играть на жадности Аркадий Петрович умел профессионально, сам такой. Люди везде одинаковы и с веками не меняется их сущность.
— Конечно, принесешь, — англичанин плотоядно улыбался, приступая к реализации своего плана. — Я делаю тебе такое предложение от которого трудно отказаться!
Пленник смотрел на Робина широко раскрытыми глазами и внимательно слушал, затаив дыхание. То, что предложил ему англичанин, могло обогатить их обоих, если только они не попадутся и не попробуют обмануть друг друга. Попробовать все же стоит. В смысле обмануть англичанина, а не провернуть сделку. Последнее — само собой.
— Как стемнеет, буду ждать тебя на этом самом месте, — Робин тепло попрощался с новым партнером по бизнесу, не сомневаясь, что тот выполнит свои обязательства. Иначе он не стал бы так горячо торговаться за свою клячу. Сам Робин давно уже решил кинуть партнера, но не сразу. Первую сделку он проведет честно, а вот насчет второй…надо думать. Партнер не лишен мозгов, а искушение очень велико.
Вернувшись в лагерь, Робин, не мешкая, занялся реализацией своего блестящего плана. Пересчитав монеты, он прихватил их с собой, отправившись за покупками. Цены на оружие и доспехи в лагере упали до уровня справедливой цены. Ниже этой планки Робин боялся платить, так как прежний хозяин мог передумать и потребовать вещь обратно. И будет кругом прав. Робин, каким бы жадным не был — это отлично понимал и не нарушал устоявшиеся правила. Ему повезло, несколько раз он умудрился провернуть бартер, выменивая нужные вещи на иные товары, причем в схеме обмена принимали участие не всегда только двое, иногда в цепочке насчитывалось до полудюжины звеньев. Вскоре он стал обладателем десятка сервильеров — дешевых касок пехотинцев. Разброс в ценах на каски подобного типа приличный — все зависит от формы, качества и наличия или отсутствия у каски кольчужной бармицы. В среднем за бюджетный вариант каски Робин платил по три турских су, а продать собирался никак не меньше чем за семь су. Подобного типа каски стоили и дороже, парочка таких полусферических сервильеров из полированного металла обошлась в тридцать три су — в половину обычной цены. Авентайлы обошлись по двенадцать су за штуку. Бацинеты от одного до полутора ливров. Мечи — по десять су, кинжалы — по семь-восемь. Простеганные куртки он взял самые дешевые, без металлического усиления — на большее средств не хватило. Итак, Робин потратил все свои сбережения, поставив все на кон.