План молодого рыцаря заключался в следующем — французы (напомним, что де Бола себя не считал французом) рыскают в поиске. Им также важно знать о планах англичан. Им нужен пленник благородных кровей? Будет им пленник.
На первый взгляд организовать засаду — сущий пустяк. Но так может считать только профан в военном деле. Отряд скакал к единственному месту, более менее подходившему для устройства засады. Вернее, совсем не подходящему для этой цели. Открытое всем ветрам место, нет ни одного кустика, ни деревца. По обеим сторонам дороги — чистое поле. Идеальное место!
Лучники спешились.
— Ямы копайте неглубокие, ножи у вас есть, каски тоже, справитесь, — объяснил им задачу Сергей. — Землю — на плащи и раскидать по полю.
— Сделаем, — грубовато ответил их командир.
— Первую группу пропускаете, бьете только отстающих, — еще раз напомнил Сергей.
— Все сделаем, — ухмыльнулся Джон, командир лучников, бросая быстрый взгляд на рыцаря. — Храни вас Бог.
Оставив стрелков устраивать позицию, Сергей направился дальше по дороге. Рядом с ним на вороном коне ехал верный оруженосец. Сеид остался с англичанами, их коней следовало увести подальше от засады. Французов нашли быстро, но Сергей не торопился заявлять о себе, укрывшись в придорожных кустах. Выждав немного, рыцарь дал знать оруженосцу, пинком разбудив задремавшего Николя.
— Пора, — сухо сказал Сергей, поправляя подпругу.
Французы стояли лагерем в небольшой деревушке, где в брошенных домах с трудом смогли разместиться все их тяжеловооруженные латники. Сторожевых постов у них не принято выставлять, вся охрана лагеря ограничивалась дежурным отрядом. Его численность не превышала двух десятков одоспешенных воинов. Это хорошо.
Оруженосец сильно нервничал, то и дело, оглядываясь назад. Боялся, что французы отрежут им путь к отступлению, но вся охрана расположилась вокруг большого костра в центре деревни. Остальные солдаты занимались приготовлением еды и отдыхом. Большинство из них продолжали щеголять в своих защитных куртках, латники же разоблачились, избавившись от тяжести кольчужных рубах и штанов, оставшись в одних жюпонах с мешковатыми рукавами и шоссах.
На двух уставших всадников, чьи гербы нельзя разобрать из-за слоя грязи налипшей на плащи, внимания никто не обратил. Щит рыцаря также замазан грязью, и краски рисунка герба намалеванного на щите наполовину облупились, да и сам щит рыцаря, видать, побывал не в одной битве.
Высокий по местным меркам, и очень худой латник прошел мимо незнакомцев, бросив на рыцаря равнодушный взгляд. Несмотря на его кажущееся безразличье, Сергея, словно током, ударило — он почувствовал цепкий взгляд на своей груди. Медный щиток смялся от удара меча, при всем желании не разберешь, чей там герб изображен. Да, пришлось пожертвовать кольчугой, подпортив ее собственной рукой.
Не смотря на кажущийся бардак в лагере французов, за появившимися в деревне всадниками внимательно наблюдали, Сергей кожей чувствовал цепкие взгляды, бросаемые на них украдкой.
Подъехав к охране, всадники остановились, но слазить с коней не спешили. Сергей старательно изображал раненного, придерживая рукой окровавленную повязку на голове и слегка покачиваясь в седле.
— Сир, это Арманьяки! Спасайтесь! — неожиданно завопил Николя, забыв про все на свете.
Вот ведь дурачина, все испортил… И тут Сергей замечает, что так сильно напугало оруженосца…
На грубо сколоченных козлах установлен щит из досок, а на них… На них лежал человек. Зрелище не для слабонервных. Два мясника почти закончили свою страшную работу — с живого человека содрали кожу! Бр-р-р-р… Второй пленник французов, привязанный к колесу повозки, с ужасом смотрел на жестокую пытку, не в силах оторвать взор от мучений товарища. Латник, с сальными волосами длиною до плеч, крепко держал его голову, не позволяя пленнику отворачиваться.
Николя уже скакал назад, а его встречали выбежавшие из дома напротив воины. Оруженосец решительно направил коня на них, раздавая удары дубиной направо и налево.
Сергей вытащил меч из кольца. Все происходило словно в замедленной съемке. Вот латник бросается к его жеребцу, хватая его под уздцы. Второй бросается к Сергею, вытянув вперед руки.
Привстать на стременах, поддавшись корпусом вперед. Удар, и первый лишается руки, в его глазах недетская обида. Шпоры вонзаются в бока лошади, курсье делает скачек вперед. Латник промахивается, вместо ноги рыцаря ухватываясь за попону. Меч Сергея продолжает круговое движение, врубаясь в лодыжку смельчака. Щиток на его ноге частично гасит удар, но парез обеспечен качественный, латник отцепляется от попоны, падает на землю, и тут курсье встает на дыбы, Передние копыта врезаются в грудную клетку замахнувшегося мечом рыцаря. Тот отлетает назад и остается лежать без движения. На Сергея направлены два копья и солдаты полны решимости спешить раненного рыцаря, проявившего такую прыть. Сергей посылает коня вправо, увеличивая расстояние между конем и копейщиками. Молодой безусый латник прижат к стене дома и не может воспользоваться своим копьем. Меч опускается на его голову. Сергей бил не сильно, только чтоб оглушить, но каска раскалывается вместе с черепом. В таких касках, сплетенных из ивы, на железном каркасе, и укрепленных металлическими пластинками, обычно ходит молодняк, пока не обзаведется более приличной защитой. Этому солдату уже ничего в этой жизни не надо, разве что священника для отпевания, да клочок освещенной земли.