По возвращении в лагерь, Сергей передал пленников людям принца, а сам завалился спать. Только уснул, как пришлось вставать. Вернувшийся из рейда дружок прознал о приключении Сергея и возжелал богатой военной добычи. Рыцарям в их набеге на окрестности не очень повезло. Англичане с гасконцами разбрелись по округе на много миль вокруг и как саранча уничтожали все на своем пути. Пара ферм — вот и вся добыча рыцарей. Благородная дама Элен довольна взятыми трофеями, а рыцари — нет.
— Ивэн! Ивэн! — тормошил Сергея сир Арно. — Просыпайся!
— А… Это ты… — позевывая, сказал Сергей признавая друга.
— Вставай давай, — продолжал трясти за плечо рыцарь.
— Отстань! — отмахнулся от него Сергей.
— Пошли в рейд, ну, пошли в рейд, — стал уговаривать его гасконец.
— Спать хочу, — буркнул Сергей, переворачиваясь на другой бок.
— Потом поспишь, — продолжал уговаривать гасконец и уговорил таки Сергея.
Служанки быстро накрывали на стол, пока Сергей гордо восседал на ночном горшке. Стесняться тут не принято, потому барон расположился на стуле напротив Сергея и рассказывал о набеге на деревни. Все прошло хорошо, за исключением нелепой смерти одного идиота. Николя остался с Сергеем, а два других парня пошли с матерью. В деревне, когда все разбрелись по домам, у молодого парня взыграли гормоны. Не долго думая, он задрал подол женке крестьянина, а тот вместо того, что бы терпеливо жевать сопли, глядя на насильника, схватился за лопату. В результате парень скончался на месте, от несовместимой с жизнью раны на затылке, а крестьянину выпустил кишки напарник насильника, виновный в том, что не усмотрел за пленником.
Сергей промолчал. С дисциплиной нужно, что-то делать. Что именно — Сергей знал точно, но пока откладывал решение проблемы, ибо людей не хватало и с этим приходилось мириться.
Когда служанки накрыли на стол, барон бесцеремонно уселся за стол, ухватив блюдо с холодным каплуном. Уплетая пшеничный хлеб с мясом птицы, барон безобразно чавкал, предпочитая справляться с пищей при помощи рук, игнорируя вилку, поданную ему специально Жанной. Насытившись, сир Арно вытер руки об чистую скатерть, оставляя на ней большие жирные пятна.
Сир Арно, собственно бароном никогда не был (не по Сеньке шапка), а являлся баннеретом или сеньором, раз имел квадратный штандарт и мог содержать отряд из трех десятков воинов. Сергей в иерархии рыцарства занимал ступеньку самую нижнюю — шевалье или по иному башелье. Но не об этом речь. Последнее шеваше Арманьяка по гасконским землям принесло не мало бед. Сир Арно лишился возможности поддерживать подобающую его статусу жизнь. Рыцарь жаждал компенсации за полученные неудобства, жаждал мщения за нанесенные гасконскими французами обиды. Годовой доход баннерета достаточно велик, чтобы содержать свой отряд, но враги разорили деревни и фермы, вырубили виноградники и плодовые деревья. Сир Арно не сможет получать причитающийся ему доход еще несколько лет. Вот и торопится рыцарь создать резерв на будущее.
Сергей плотно позавтракал, облачился в доспех и не навещая матушку покинул расположение лагеря на рослом вороном скакуне, подарке принца. Николя, Бернар Мельник и Сеид последовали за господином. Джованни Мясник попросился остаться в лагере — ему и его арбалетчикам требовался отдых. Зато английские стрелки встретили Серегино предложение присоединиться к их отряду бурным восторгом. О них Сергей вспомнил, в последний момент. Формальности утрясли быстро, получив разрешение взять двадцатку Джона ле Барбера, лондонского цирюльника. Цвета одежды лучников о многом говорили о их прописке. Лондонских стрелков легко было узнать по их одеянию: куртпи — укороченными красно-белыми полосатыми туникам-коттам и шаперонам (капюшонами) из сукна в красную и белую полоску.
Друзья покидали лагерь не одни. Принц распорядился высылать разведчиков на пол-лье от лагеря, что бы они высматривали врагов. Помимо сторожей, принц отправил два сильных отряда, один в двести, а другой в триста копий к Тулузе.
Пердюка д’Альбре весело помахал друзьям рукой, как бы приглашая присоединиться к их отряду, но друзья вежливо отказались. В данный момент сира Арно волновала не слава, а вполне конкретная добыча. В компании с другом гасконский рыцарь намеревался ее получить столько, сколько сможет.