Расширившиеся зрачки подтвердили установление мысле-узла и я радостно потерла ладони.
Как только гипнотический транс спал, Кадим подскочил на месте, чуть не задев меня.
-Не хорохорься, я прекрасно знаю, что ты понимаешь всеобщий.
-А..
-Ну это просто чудеса наблюдения, пару раз когда мы все общались на всеобщем, ты частенько забывался и даже успел кивнуть пару раз, думая, что я не заметила. Прости, что мне приходится играть по грязным правилам, но эти зазнавшиеся мужланы носятся со мной как курицы наседки. -скривив лицо и скрестив на груди руки, я уставилась на ошеломленного стражника.
-Прости, как только ты отведешь меня к павильону, действие гипноза рассеется, обещаю.
-Хорошо, мисс Клеменс, ваша взяла, но неужели вы не видите, что за вас переживают? -у парня не было и грамма акцента, на секунду я даже удивилась. Что за чудная семейка, готова поклясться, мать мальчишки была родом с материка.
-Вижу конечно, но я сюда приехала не для того, чтобы отсиживаться за спинами воинов, я и сама в какой-то степени воин и маг.
-Вы не понимаете, женщина это..
-Да-да, святое! -перебила я мальца. -Послушай, если мы так и будем пасовать перед трудностями из-за моей половой принадлежности, боюсь, что никакого призыва духа нам не видать.
По глазам вижу, что мальчишка был согласен, но озвучить это не мог, по понятным причинам, какой Хассаранец согласится отдать работу по спасению мира женщине? Хотя я на место спасительницы не претендовала, я просто хотела сделать то, что было мне по силам.
-Найди мне хорошее женское платье, подходящее невесте, завтра утром введешь меня в павильон, как девушку на выданье.
-Мисс Клеменс, вы с ума сошли! -топнул от возмущения Кадим.
-Пора брать игру в свои руки. -улыбнулась я и поведала стражу свой план.
"Юдже" - главнокомандующий
Глава 7
Ночью…
Я – воин, а крадусь словно вор в ночи. Проникнув в покои ничего не подозревающей девушки, подсматривая, как юнец, на гибкое тело и раскинутые в стороны руки, лаская взглядом нежный румянец, чуть задержав взгляд на длинных, трепещущих ресницах. Неужели ей снится, что-то беспокойное? Протянув руку, я до боли желал коснуться, чтобы в ту же секунду так-же быстро отпрянуть, пораженный собственным нежеланием испугать. Знаешь ли ты, как тяжело держать это все под контролем когда мы оказываемся рядом? Никто об этом не знает, но изменения начались еще в нашу первую встречу, тогда, много-много лет назад, когда впервые посетив усадьбу моего друга, я услышал детский плач. В ту ночь, я видел странный сон и еще долго отказывался верить в то, что я менялся.
Еще раз я протягиваю руку, чуть касаясь пшеничных волос. И вот оно, это жуткое чувство раскрывает внутри свои черные крылья, мне кажется будто я бегу, так сильно, что начинаю задыхаться. Не в силах унять дрожь собственного тела, я отпрянул, укрывшись во тьме комнаты, не сводя взгляда с милого лица. Почему же ты продолжаешь мне сниться?
В этом сне я вижу нас и стены древнего города, что словно лес, растут из-под земли, и эти видения похожи на серию далеких воспоминаний. И я совсем другой - жестокий, настолько, что сам боюсь своей темной половины. Мне так хочется рассказать тебе об этом видении, о том, что вижу тебя своей. Никогда еще, слышишь, никогда, я не сходил с ума из-за женщины! Ты стала моим наваждением.
Поверить только, но до нашей встречи я был известен своим хладнокровием, казалось, ничто не сможет заставить мой кровь кипеть. Я не был готов познать истинной ярости, встретиться со своей темной сущностью. И никогда еще я не мечтал сжать женщину в объятиях столь сильно. Горько, милая моя, нет более спокойствия в сердце моем, тихая гавань стала бушующим морем. Ответь же мне, почему в этих видениях я так жесток и даже очнувшись слышу отголоски этой ярости в своей душе. Ответь мне, милая, почему во сне я зову тебя древним именем? Так много вопросов, так много желаний и так мало ответов, мне кажется, моя жизнь подобно пескам Хассары, утекает сквозь пальцы, а вместе с тем и ты. Это сводит с ума, ты знаешь.