-Она моя сестра! Ты не имел права брать ее в жены без моего ведома, без одобрения нашей семьи! Эран, да просто из дружеского уважения ко мне!
-Она бы не смогла покинуть павильон в статусе свободной девушки, не мне объяснять тебе подобное. К тому же, я не самый худший кандидат, поверь. Уж лучше, чем наш старый друг из Бей-Аирута, согласись? – на минуту в комнате воцарилась тишина и я даже прижалась сильнее к двери боясь пропустить хоть одну фразу.
-Не может быть, он же никем не интересуется, не зря в высшем кругу ходил слух, что его мать привила ему комплекс неполноценности. Да он к женщинам и на метр не подходит без надобности. -во тут настал мой черед удивляться, ведь при нашей встрече у меня создались совершенно иные представления об этом мужчине.
-Не знаю, но намерения у него были самые прозрачные.
-Эран, объясни мне только одно, как на это согласилась моя сестра?
-О том, что она была согласна, я точно не говорил. -в голосе звучала усмешка. Я беззвучно сжала кулаки, желая впечатать их в самодовольное лицо, да и вообще, как-то сразу обидно стало. Не желаю быть чьей-то игрушкой.
-Ты сумасшедший. -растягивая слова ответил брат, будто не веря услышанному. А мне-то как обидно, впору только слезу пускать.
-Арман, ты же знаешь, когда умерли Атан, Онур и самое главное Табиб, я был на грани, меня будто разбили на части, а затем собрав воедино, бросили обратно, сюда, к живым. И я, ища утешения пришел к тебе. Тебе единственному, выжившему и хранящему память о них и обо мне.
-Помню. – так тихо отозвался брат, словно само воспоминание терзало ему душу.
-Я больше не имею права на ошибку. Все кто мне дорог, так или иначе погибают, с этим тяжело смириться, особенно когда в эти несчастья вовлечена твоя собственная семья. Я могу взять в руки саблю и умыть весь континент смердящей кровью, но не могу противиться демонам сжирающим мою душу, Арман! Я обречен.
-Согласен, что последние события повергли страну пустынь в страдания, обрекли тебя на жалкое существования предателя, но ты не мог поступить подобным образом с моей сестрой. Она не Хассаранка, Эран, и ты сам это знаешь.
-Пусть так, но мои чувства не поколеблются, смирись. -на минуту в комнате воцарилась тишина, мне показалось, за дверью даже перестали дышать и я сильнее прижалась ухом, чтобы расслышать решительное:
-Я смирюсь, но если только она попросит помощи, я не посмотрю на наши братские узы и увезу ее обратно на Материк.
Разговор был окончен и приближающиеся громкие шаги, заставившие рвануть обратно по направлению к кровати, были тому свидетелем. Плюхнувшись на разобранное ложе я попыталась притвориться спящей.
Массивная дверь отворилась впуская различные запахи, включая тот самый, преследующий меня во сне – мускусный. Смешанный с пряностью восточных благовоний он оборачивается шалью круг меня, приятно касаясь кончика носа и закрытых глаз. Обладатель этого запаха тяжелой поступью медленно направился ко мне. Кровать на которой я лежала прогнулась от двойного веса и я почувствовала как моих бедер касаются горячие руки.
-Я знаю, что ты уже не спишь. -шепчет хриплый мужской голос на ухо, теплое дыхание щекочет и я изо-всех сил стараюсь не выдать себя.
-Я так-же знаю, что еще минуту назад ты бессовестно подслушивала под дверью. А еще, что ты скучала по мне.
-Не правда! -возмутилась я подпрыгивая на кровати с пунцовыми щеками, выдавая себя с головой.
Эран взирая на меня с мягкой полуулыбкой медленно протянул руку, коснувшись моей головы, пропуская сквозь пальцы пряди светлых волос, чтобы тут-же притянуть к себе и коснуться губ мягкий поцелуем.
В нем не было страсти, лишь нежность и если бы я обладала хоть толикой уверенности, то сказала, что мне даже почудились отголоски любви в этих нежных прикосновениях. Но ведь так не бывает?
«Бывает, еще как!» -ехидно отозвалось мое сознание и снова растворилось в объятиях смуглого мужчины.
Когда объятия стали жарче, а поцелуи все неистовей, я уперлась руками в мужскую грудь прерывая поцелуй. Не совру, если скажу, что мне было страшно, ведь еще вчера мы приходились друг другу никем, а уже сегодня я была его женой, женой мужчины который оставался для меня загадкой, так же как и его чувства ко мне.