Пришлось разворачиваться. С гордо поднятой головой прехать мимо хихикающих друзей, не показывать же им свое смущение вдобавок, благо в темноте не видно моих пылающих щек.
***
Ночь выдалась трудная. Каждый из нас попеременно засыпал грозясь скатится с верблюжьей спины, и быть погребенным под песками коварно притихшей пустыни. Единственные кто оставался бодр и свеж были Кабил и Эран, они уверено ехали впереди время от времени приостанавливаясь, чтобы удостоверится в том, что все оставались на месте. Отчаянно борясь со сном, я ощущала как глаза закрываются и мне в какой-то момент даже начали мерещится звуки музыки. Будто кто-то дергал за струны местного инструмента напоминавшего раздутую грушу. Баглама. Точно, именно так и назывался этот инструмент, и звучал он так зазывно, будто кто-то играл последний раз в своей жизни прося свернуть с пути, пойти на его звуки, хотя бы просто посмотреть, ведь этот кто-то так отчаянно звал. Моя рука уже потянулась к поводьям, как внезапно кто-то окликнул меня.
Встрепенувшись в седле, я резко закрутила головой, но повсюду было все так-же тихо. Внезапно разболелось плечо, отчего я поморщилась и подумала, что наверняка начинаю сходить с ума. Возможно Арман был прав, когда сравнил меня с тетушкой Гризельдой, я и вправду чувствовала себя неважно, да и нервы со всеми последними событиями накалены до предела.
«Амани» - снова почудилось мне, отчего я встрепенувшись окончательно проснулась.
Прошептав пару охранных заклинаний вытянула вперед правую руку, будто стараясь ухватить воздух и начала прощупывать энергетику. Стараясь понять, что же это такое, я едва не пропустила момент когда ехавшая недалеко от меня Канан неестественно выгнулась дугой. Глаза ее были закрыты и мне казалось, что я даже могла расслышать ее тихое дыхание, но вот беда, Арман и Кадим так-же неестественно выгнулись выпятив грудь вверх, как будто кто-то ломал их тела выкручивая кости. Перехватив покрепче поводья и заставив себя унять дрожь в руках, пока старалась аккуратно объехать этих троих, мне казалось, что внутри все застыло, а из глубин, где-то в желудке сворачивался тугой узел по которому взбирались мелкие мурашки противно щекочущие под кожей.
В голове билась только одна мысль, что мы в опасности. Но почему Кадим и Эран этого не заметили? Я боялась выдать себя даже звуком, казалось, от того какую тишину я сохраняю зависят все наши жизни. Ну же, родной, поторопимся, поднажала я заставляя животное прибавить ходу.
Обучаясь в магическом университете нас не раз предупреждали о том, что вещи с которыми нам все же предстоит столкнуться, возможно окажутся за гранями понимания. Возможно нам даже не получится отыскать ответы этому в учебниках. И что же тогда делать? А вот что, всецело полагаться на свои знания, анализировать, иногда искать пути отступления. Да, нам тоже иногда приходится делать шаг назад, просто потому, что это возможность сохранить чужие жизни.
Закусив губу я снова потянулась рукой вперед, в этот раз уже пытаясь ухватится за Эрана.
Ну же, еще чуточку.
Когда оставалось совсем немного, совсем чуть-чуть, чтобы дотронутся до его бархатистого кафтана, за спиной раздался визг и я ,забыв как дышать, отдернула руку осознав, что не успела.
Знаете, когда вам кажется, что вы попали в совершенно бредовый сон, ощущая будто крутитесь в закрытом пространстве бросаясь от стены к стене, а вокруг вас происходят самые невообразимые вещи. Лица людей появляются и исчезают говоря что-то наперебой, одни кричат другие шепчут, а третьи и вовсе оскорбляют. Такой страшный-страшный сон. Говорят, что в это время ваша душа попадает в некий пространственный карман встречая там самых низших, самых страшных детей преисподней. А вы в этот момент усердно желаете очнуться, только ваше тело не движется. Здесь было так-же. Только это был вовсе не сон.
Мой брат, совершенно непохожий на себя, с исказившимся лицом и все так-же закрытыми глазами, обнажив меч бросился в сторону Эрана. Миг, лишь только миг на то, чтобы вытащить копье и отразить нападение оставшись ошарашенно глядеть в сторону одержимого Армана.
Кабил и Эран обернулись на оглушающий звенящий звук. Пустыня, как на зло, все так-же оставалась безмолвна и темна, за исключением того, что с нашим командой происходило нечто странное, до чего я никак не могла докопаться.