– Дерек, уймись! – смеялась Александра. – Неужели я должна ехать в национальный парк «Глэсиер» только потому, что ты ткнул туда пальцем?
– А почему бы и нет? Тебе требуется отдохнуть от политики. В национальном парке политикой и не пахнет. Подговори своего именитого приятеля, Ричарда Кокса, чтобы он съездил с тобой в Монтану. Пусть покажет себя на природе – вот тут-то и станет ясно, мужчина он или нет.
– Я и так знаю, что он мужчина.
– Неужели? – шутливо изумился Дерек.
– Да ну тебя! – воскликнула Александра. – Мы вовсе не... Я хочу сказать... А, ладно.
Дерека позвали к телефону. Александра задумалась. Ей в самом деле требовался отдых. Возможно, что она получит возможность увидеть Ричарда таким, каков он есть.
Она протянула руку и подвинула к себе телефон.
Через три дня, когда Ричард уточнил свой график, а Александра подлечила кашель, они полетели на личном самолете Кокса в город Калиспелл, штат Монтана.
К счастью, у обоих были разношенные туристские ботинки, но Александре понадобилось кое-что для прогулок в горах, и Ричард помог ей выбрать все необходимое в магазине походного снаряжения.
– Откуда вы так хорошо разбираетесь в туристских принадлежностях? – полюбопытствовала Александра, выходя из магазина. – Мне казалось...
– Вам казалось, что я городской увалень? Представьте, я с десяти лет хожу в горы. Меня приохотил к альпинизму отец. Где я только не бывал. До сих пор горные вершины для меня лучшее лекарство от усталости и неудач.
Александра не ожидала такого признания.
Они заранее заказали два номера в гостинице «Мэни Глэсиер», примостившейся на самом берегу озера, у подножия величественных гор. Из окон виднелись заснеженные вершины, отражавшиеся в зеркале озерных вод.
Выйдя из машины, взятой напрокат в Калиспелле, Александра не смогла скрыть своего восхищения. Она впервые воочию увидела зубчатые горные хребты, прорезанные ущельями, каменистые кручи под пологом хвойных лесов и снежные шапки на вершинах в разгар лета.
Это был суровый, неприступный, поражающий своей первозданностью мир. У Александры от волнения забилось сердце: в этом мире они будут только вдвоем.
– Дух захватывает, правда? – Ричард смотрел на нее с улыбкой; Александра никогда прежде не знала его таким молодым и беззаботным.
– Еще как! Можно подумать, что мы перенеслись на миллионы лет назад, к самому сотворению мира. Я сразу влюбилась в эти горы.
– А я влюбился в тебя, – сказал Ричард.
– Что? – Александра не верила своим ушам. Она повернулась к нему лицом, все еще держа в руке пластиковый пакет с походной одеждой.
– Ты умеешь радоваться жизни, Александра. От тебя исходит душевное тепло. Я никогда не встречал таких людей, как ты. – Ричард взял лицо Александры в свои ладони и привлек ее к себе.
Сначала их поцелуй был легким и осторожным. Но вот Ричард крепко прижал Александру к груди, и ей показалось, что она растворяется в его объятиях. Пакет выпал у нее рук. Ричард нетерпеливо искал языком ее рот.
Александра задыхалась.
В гостиницу возвращалась шумная стайка туристов. До Александры донеслись насмешки и хихиканье.
– Не обращай внимания, – сказал Ричард, с неохотой отпуская ее от себя. Он раскраснелся не меньше, чем Александра. – Сейчас я отмечусь в гостинице и отнесу наверх наши покупки.
Они остановились у нависающего над пропастью гранитного выступа и сняли рюкзаки. Их окружали вековые ели, сосны и густые кусты можжевельника. В маленьком круглом озерце утонуло небо. Где-то поблизости щебетала птица. В горном воздухе веяло прохладой.
– Взгляни, – тихо сказал Ричард. – Вон там, справа, за соснами.
Александра увидела четырех оленей, грациозных и пугливых, которые неслышно появились из-за деревьев, опасливо озираясь вокруг.
Александра и Ричард несколько минут наблюдали за лесными жителями, но те встрепенулись и пустились наутек, подняв маленькие хвостики, словно белые флажки.
– Какая красота, – произнес Ричард. – В такие минуты можно подумать, что Бог все-таки есть.
– Причем совсем близко, – подхватила Александра. – А мы – как первые люди на земле.
– Как Адам и Ева?
– Только современные, – смеясь, уточнила Александра. – Ева в штормовке и Адам в темных очках.
Он тоже рассмеялся, но тут же посерьезнел.
– Знаешь, что я тебе скажу, Александра? Ни с одной женщиной мне не было так легко, как с тобой. Мне спокойно, ничто меня не тяготит, я отдыхаю душой. – Ричард вздохнул, откинулся спиной на отвесную скалу и подставил лицо солнцу. – Только сейчас я почувствовал, как мне нужен был отдых.
– Твоя жизнь, как мне кажется, состоит из сплошных стрессов. Ты постоянно ставишь перед собой новые цели.
– И нередко терплю крах. Моя женитьба на Дэррил кончилась полным крахом. Наверно, я просто хотел доказать всему свету, что Ричард Кокс может завоевать любую женщину, какую пожелает.
– Мы все делаем ошибки, – мягко сказала Александра. Ее глубоко тронуло его признание.
– Но первую жену я действительно любил. Это была светлая личность. Гленда могла бы стать прекрасной матерью, но у нас не было детей, потому что она перенесла тяжелую операцию. Она умоляла меня усыновить какого-нибудь малыша, но я не согласился.
– Это жестоко, Ричард.
– Понимаю. Ее это больно ранило, – с горечью выговорил Ричард. – И я знал, но почему-то не мог уступить. Я хотел, чтобы у нас был родной ребенок, мой наследник.
– Приемные дети тоже становятся родными.
– Когда до меня это дошло, – глухо сказал Ричард, – ее уже не было в живых. Черт возьми, я просто схожу сума, так мне хочется иметь детей, Александра. Я прожил сорок четыре года. Кто знает, сколько еще мне отпущено судьбой?
Тишину нарушало только журчание невидимого ручья.
– Ну, пошли дальше, – сказал наконец Ричард дрогнувшим голосом.
Они надели рюкзаки и продолжили свой путь. Каждый чувствовал, что другой стал ему ближе.
Но Александру мучила совесть. Перед ее мысленным взором возникла картина: на дороге, распластавшись, лежит Саймон Хит-Коут, шея свернута, остекленевшие глаза смотрят в никуда. Незадолго перед его гибелью была изнасилована Джетта. Что подумал бы Ричард? Он говорил с ней о самом сокровенном, но Александра не могла ответить ему тем же. Ее связывала клятва.
– Что ты притихла? – спросил Ричард, подавая ей руку и помогая забраться на каменистый уступ.
– Разве?
– Конечно, дорогая Лекси.
– Лекси? – Это забавное прозвище развеяло ее мрачные мысли.
– Да, Лекси. Тебе как нельзя лучше подходит такое имечко. Оно яркое, короче, чем «Александра», и к тому же рифмуется с «секси».
Он остановился. Впереди заслышался стук падающих камней, а потом какое-то фырканье.
– Медведи, – определил Ричард и достал егерский колокольчик, какие выдавались всем посетителям национального парка.
Александра охнула и попятилась. Она увидела в кустах трех бурых зверей и услышала недовольный рык.
– Ричард... – встревоженно прошептала она.
Он еще раз позвонил в колокольчик, и горное эхо многократно повторило трель.
– Пойдем, Лекси, надо просто отойти отсюда. Они не станут с нами связываться, а мы с ними – тем более.
Вечером они заказали простой ужин в гостинице, а потом неторопливо бродили у озера. Ричард сделал поразительный снимок: отражение гор в лиловой воде и легкая зыбь от всплеска крупной рыбины. Он также много раз фотографировал Александру.
Похолодало. Александра подумала, что через несколько недель здесь уже будет зима.
Они шли по берегу, весело болтали и подшучивали друг над другом.
– Лекси, после ужина полезно сделать глоток коньяка. Составишь мне компанию? – с улыбкой предложил Ричард, взяв ее за руку.
На столе в номере Ричарда стояла бутылка «курвуазье», а рядом с ней два тяжелых хрустальных стакана. Однако Ричард даже не взглянул в ту сторону. Он закрыл дверь и притянул к себе Александру.