— Не смею вас далее задерживать, — проговорила чародейка, открывая дверцу магомобиля.
— А вы извините меня, что вытащил вас из постели посреди ночи впустую. Мы прекрасно обошлись бы и без вас.
— Вы правильно сделали. В доме господина Сюро мог оказаться кто угодно, кроме звёздных паразитов, естественно, — улыбнулась Рика.
— Приятных снов, — попрощался коррехидор.
Наверное, он был слишком озабочен и хотел поскорее лечь спать, — размышляла девушка, потихоньку отпирая входную дверь, — поэтому даже не попытался поцеловать меня на прощание. Турада выбил его из равновесия, к тому же предстоящее объяснение с отцом явно не радовало.
Рика ожидала, что промучается бессонницей до рассвета, но заснула легко, только сны были какими-то глупыми и путаными.
Четвёртый сын Дубового клана, его сиятельство полковник Окку, был раздражён с самого утра. Причинами этого его душевного состояния послужило неприятное объяснение с отцом по поводу ночного происшествия в доме Сюро, а также отсутствие адъютанта, отстранённого от службы в силу необходимости. Конечно, отец обещал связаться с Адмиралтейством, где у него имелись давние и крепкие связи, и попросить прислать замену Тураде в самые наикратчайшие сроки. Но пока в приёмной на опустевшем столе грудой лежали письма. Ни чая, ни пирожных не было и в помине, а в коридоре образовалась целая толпа из стоящих и сидящих посетителей, которым непременно было нужно увидеть коррехидора лично для разрешения их неотложных дел. Обычно посетителями занимался Турада и ему успешно удавалось избавить своего начальника от большинства проблем. В самом худшем случае на долю коррехидора выпадали пра-тройка самых настырных.
Вил объявил, что в связи с важными государственными делами приём по личным вопросам переноситься на вторую половину дня, и посоветовал всем присутствующим составить письменное обращение, в котором чётко и коротко изложить всё то, ради чего они пришли в Королевскую службу дневной безопасности и ночного покоя.
— Это имеет смысл, — Вил выразительно приподнял бровь, — поскольку я не могу отдать необходимые распоряжения без письменного заявления. Увы, господа, таковы законы Артании.
Читать кучу корреспонденции коррехидор не имел ни малейшего желания, а уж тем более кипятить чайник и заваривать чай. Поэтому он с деловым видом покинул свой кабинет и отправился на цокольный этаж к Рике. Коронер как раз закончила вскрытие пьянчуги, выловленного рыбаками из Журакавы, и трудилась над заключением.
— Это просто неописуемо! — в сердцах воскликнул Вил после приветствия, — я радикально недооценивал работу Турады. Без него моя жизнь стремительно скатывается в беспросветный хаос из потока писем, посетителей и их заявлений. Когда заниматься расследованиями преступлений — неизвестно! Даже чая нет! Мне утренний скандал с главой клана отбил весь аппетит, и я даже кофе не выпил. Жду, не дождусь, когда пришлют замену.
Он нервно прошёлся по кабинету и зачем-то заглянул в окно, которое находилось практически вровень с землёй.
— Чаем я вас напоить могу, — проговорила Рика, откладывая в сторону заключение, — даже бутерброды с ветчиной припасены. Голодным не останетесь.
Она залихватски вскипятила воду щелчком пальцев, и вскоре перед Вилохэдом уже исходила ароматным бергамотовым паром большая чашка крепкого чая, а на тарелочке с отбитым кусочком каймы из цветов сакуры лежали три масштабных бутерброда с ветчиной, свежими огурцами и колечками жгучего перца.
— Квартирная хозяйка постоянно опасается, что я не успеваю пообедать, — извиняющимся тоном проговорила девушка, — при этом предполагает у меня волчий аппетит. Угощайтесь, я плотно позавтракала.
— Спасибо, но с одним условием, — коррехидор откусил солидный кусок, — я компенсирую съеденное походом в «Дом шоколадных грёз».
— Это — не совсем равноценный обмен, — засмеялась Рика, — несколько домашних бутербродов точно не тянут на роскошь одного из самых дорогих кафе Кленфилда!
— Зато забота прекрасной девушки о моём изнывающем желудке бесценна!