Бросив ежедневник и ручку, я быстрыми шагами направляюсь к нему, даже не завязав шнурки на кедах.
– Ты рано, – улыбаюсь я, глядя на Кайдена, плечом прислонившегося к двери.
На самом деле я и не думала, что он придет.
Уголки его губ медленно приподнимаются вверх. Его темные короткие волосы в небольшом беспорядке, черно-белые кроссовки немного испачканы травой и грязью. Кайден скрещивает руки, все так опираясь о дверь плечом, и я засматриваюсь на его руки с четкими нитями вен и припухлыми костяшками на пальцах.
– Твои родители дома? – интересуется он.
Я киваю.
– Да, а что?
Несмотря на то, что сегодня понедельник, мои родители работают из дома. Мы даже собрались ужинать все вместе.
Внезапно меня озаряет пригласить Кайдена. Они ведь уже знакомы, и в этом не будет ничего неловкого. Разве что немного. По поводу вечеринки они не сказали мне ни слова, хотя и заметили несколько пустых бутылок, которые мы упустили, когда прибирались.
Кайден набирает воздуха в легкие, словно хочет что-то сказать, но не решается. Не пришел ли он бросить меня?
Нет. Я так не думаю. Если это произойдет, то точно не так.
– Что такое? – сделав шаг к нему, озадаченно интересуюсь я.
Он смотрит мне в глаза.
– Ты тоже должна знать. Так будет справедливо.
– О чем ты?
Мне становится слишком жутко от этого непонятного для меня разговора.
– Поговори со своей мамой, Трейси, – тихо отвечает Кайден. – И скажи ей, что я… – он замолкает, сжав губы – … не ненавижу ее.
– Кайден…
– Просто передай ей, когда поговоришь, ладно? – Он подходит ближе и пальцами приподнимем мое лицо за подбородок. – Прости, что вот так говорю тебе это, но будет лучше, чтобы ты поговорила с родителями. Так ты не возненавидишь свою маму. Я хочу, чтобы ты поняла.
Мои мысли спутаны. Я полностью сбита с толку, и на языке вертятся миллион вопросов.
Что происходит?
Кайден видит гамму эмоций на моем лице. Он оставляет почти незаметный поцелуй на моих губах и уходит.
Я не останавливаю его. Возвращаюсь к дому и еще раз оглядываюсь. Возможно, я так сильно заснула, что во сне он мне показался реальным.
Сбросив с себя оцепенение, я открываю стеклянные двери вхожу в дом. В кабинете папы тихо играет какая-то оперная музыка, он сам сидит за рабочим столом и что-то подсчитывает. Я прохожу мимо кабинета и возвращаюсь в гостиную через кухню.
Что я должна спросить у своей мамы, которая сейчас стоит посреди гостиной и говорит по телефону? За последние несколько дней я вижу ее и папу дома чаще. На ее лице чаще появляется улыбка. Я не могу этому не радоваться. Мои родители пытаются спасти свой брак, и я начинаю надеяться, что у них все получится.
Все это никак не может быть связано с Кайденом. Возможно, дело в другом.
– Трейси. – Мама завершает вызов и замечает меня. – Что ты делаешь?
Я пожимаю плечами, медленно заходя в гостиную.
– Что случилось, мама?
Она удивленно смотрит на меня.
– Ты о чем?
– С тобой, – уточняю я. – Что случилось?
– Трейси, я не…
– Ты прекрасно понимаешь, о чем я.
Но она качает головой. Ее длинные каштановые волосы волнами спадают на плечи.
– Что ты хочешь знать?
– Слишком много, но сейчас всего одну вещь.
– Почему Кайден попросил меня тебя не ненавидеть?
Как только этот вопрос слетает с моих губ, лицо мамы искажается. Она громко вздыхает и заламывает руки.
– Что происходит? – почти шепотом спрашиваю я.
Мама смотрит в широкое окно, на серое небо, обещающее дождь, на лучи солнца, которые местами проглядывают из-за туч. На ее лице такая печаль, что у меня сжимается сердце. Мне становится ее жаль.
– Так он узнал, – говорит она.
Я продолжаю ждать, потому что знаю, что последуют объяснения. Все это выводит меня из себя, но ее печаль так сильна, что мои эмоции не вырываются наружу.
– Тебе ведь знакомо имя Кирка Кремпшоу? – Мама обхватывает себя руками и продолжает смотреть в окно.
Я роюсь в памяти, но у меня уходит не так много времени, чтобы вспомнить это имя.
– Да.
Теперь мама смотрит на меня блестящими от слез глазами.
– Это я защищала его. И у меня получилось.
Прикрыв веки, я мысленно складываю всю картину. Кусочек за кусочком. Моментально все становится ясным и понятным. Две фразы, и все вопросы находят свои ответы.
Мои родители не ненавидели Роббинсов, не были против моей дружбы с Вив и тому, что я встречалась с Кайденом. Они боялись, были сбиты с толку сложившимися обстоятельствами, не понимали, как быть и что делать с тем, что уже произошло.