Для него важен также объект творчества. В целом, его собрание характеризуется еврейской темой. Айзенбергеру уже далеко за восемьдесят, но все свободное время он посвящает своей страсти: изготавливает рамы для картин, причем делает это мастерски и иногда по собственным эскизам. И до сих пор он не пропускает ни одного заметного события художественной жизни Вены.
Отрадно видеть, что Вена начинает открывать для себя современное венгерское искусство. Некоторые серьезные владельцы галерей специализируются исключительно на нем. Так, Ганс Кнолль содержит галереи как в Вене, так и в Будапеште, продвигая молодых художников, для которых периодически организует персональные выставки. Он просто помогает тем, кого знает, но если что-нибудь продает, то конечно берет за это деньги. Но все больше появляется венских венгров, которые вообще никак не связаны с изобразительным искусством, однако горят энтузиазмом и готовы всячески помочь в организации больших и маленьких выставок. Одни могут предоставить для них свои квартиры, другие ищут банки и страховые компании, которые готовы, исходя из деловых интересов, содействовать культурному обмену в такой форме. Среди посетителей подобных вернисажей фирмы, как правило, находят новых важных партнеров и клиентов. Обычно среди посетителей много клиентов фирм-организаторов, одни что-то покупают, в других просто просыпается интерес к незаслуженно забытым венгерским художникам. Новый круг коллекционеров формируется почти незаметно. Прежде чем любитель искусства станет Леопольдом, Эсслем или Айзенбергером, ему суждено долго жить в безвестности.
Глава девятая
Музыка, музыка, музыка!
В Вене властвует музыка. Так было всегда: богатые и бедные, утонченные ценители и обычные люди, знатоки и необразованные — все любят и знают музыку, хоть и каждый на своем уровне. Трудно отделить историю этого города от музыки.
Семейство Вечера еще не жило на Салезианергассе, И, да и сам переулок назывался еще Вааггассе (Тележная улица), потому что здесь проезжали повозки к рынку Хоймаркт (Сенному), который и сегодня известен под тем же именем. Но и его обитатели, и утонченное общество из окрестных дворцов радовались, когда 5 января 1870 года на соседней площади Карлсплатц открылся концертный зал Музыкального общества (Музикферайн). В тот январский день император Франц-Иосиф лично уложил символический последний камень нового здания, конечно, на этой церемонии присутствовали только избранные, после чего взволнованная таким событием публика направилась в Золотой зал, где уже тогда называвшийся «филармоническим» оркестр исполнил бетховенскую симфонию № 5.
Неделю спустя, когда Клара Шуман давала концерт в небольшом, только что открытом зале Брамса, случился пожар. Тогда много писали о том, что первые венские концертные залы выгорели дотла. Но их отстроили заново в рекордные сроки, и уже через несколько месяцев здесь вновь звучала музыка.
Музыкальная история Вены протекала в стенах залов, принадлежавших Обществу друзей музыки. Прекрасным примером заботы о сохранности традиций является то, что здесь и по сей день главное обстоятельство остается неизменным — как и прежде, здание принадлежит Венской филармонии, которой тогда не исполнилось и четверти века, а сейчас уже 160 лет, и, как и прежде, сияет неустанно обновляемая вычурная отделка Золотого зала. Фирма «Безендорфер» также хранит верность этому месту, она не только поставляет концертные инструменты, но и ее выставочные залы расположены в здании Венской филармонии.
Счастливцев, которые попадают под священные своды старинных концертных залов, очаровывает гармоничное звучание филармонического оркестра, так же как некогда и первых посетителей. Единственное, что изменилось с тех пор, это то, что у нынешнего поколения музыкантов развилась звездная болезнь и некоторые их концерты становятся поводом для вещей, о которых лучше бы ничего не знать: интриг, сплетен, завышенной самооценки и множества нелицеприятных вещей, которые сопровождают их ежедневные битвы и блистательные победы. Правда, всегда остается возможность простить им небольшие грехи, на такие таланты просто невозможно всерьез сердиться.
История Венского филармонического оркестра начинается 28 марта 1842 года, когда Отто Николаи, придворный капельмейстер Кертнертор-театра дирижировал в Танцевальном зале Хофбурга на первом концерте только что созданной Филармонической академии. То был первый, имевший в постоянном составе исключительно профессиональных музыкантов оркестр, который не только обеспечивал музыкальное сопровождение театральных спектаклей, но и исполнял симфонические произведения. Заслуга Отто Николаи прежде всего в том, что он воплотил давно витавшую в воздухе идею. Еще в 1785 году состоялись шесть самостоятельных концертов оркестра Венского придворного и национального театра. С тем же оркестром заключил контракт Бетховен, когда 2 апреля 1800 года впервые представил на суд публики свою симфонию № 1. А движимый желанием руководить постоянным симфоническим оркестром Франц Лахнер, первый капельмейстер Придворного оперного театра, организовал в 1833 году «Союз артистов» («Кюнстлерферайн»). Однако из-за недостатков в структуре и организации всего дела он просуществовал недолго и дал всего четыре концерта. Идея Николаи — демократическое самоуправление как источник инициативы — была революционна и заложила основу для технически и музыкально безупречного исполнения симфонических произведений. Правда, вначале жизнь оркестра вовсе не была стабильной: после того, как Николаи в 1847 году покинул Вену, оркестру трудно было держаться на плаву в течение двенадцати лет. Новая жизнь оркестра связана с именем директора Оперы Карла Экерта. Первый «Филармонический концерт» состоялся 15 января 1860 года и положил начало целой серии выступлений оркестра в рамках программы четырех абонементов. С этого момента для абонементных концертов на год выбирали постоянного дирижера, и это, как правило, был тот маэстро, чье имя называли музыканты оркестра. В 1933 году с подобной практикой было покончено, и по возможности дирижеров начали приглашать со стороны. Перечень дирижеров, работавших с оркестром с 1860-го по 1933 год, впечатляет: Отто Дессофф (до 1875-го) открывает список великих, Густав Малер руководил работой Венского филармонического оркестра с 1889 по 1901 год, Вильгельм Фуртвэнглер — с 1927-го по 1930-й. История свидетельствует, что во время правления национал-социалистов он не только руководил оркестром, но и буквально спас его. Он решительно воспротивился увольнению еврейских музыкантов, ему удалось спасти полуевреев. Этот неоспоримый факт в значительной степени перевешивает предъявленные ему позднее обвинения в том, что он регулярно выступал перед Адольфом Гитлером. Хроника тех мрачных лет сообщает, что, несмотря на постоянную угрозу роспуска оркестра, Клеменс Краусс составил новогоднюю программу 1939 года исключительно из произведений композиторов семьи Штраус, стремясь подчеркнуть истинно австрийский характер оркестра.