Но среди старых традиций есть и такие, которые явно не вписываются в сегодняшнюю реальность: Венский оркестр должен был отменить запрет дамам играть в его составе. Под давлением общественности и угрозой международного бойкота в 1997 году арфистка Анна Лелкеш, выступавшая с оркестром с 1971 года, наконец была зачислена в его состав, и таким образом исчез ореол чисто мужского клуба. Арфистка венгерского происхождения сдала свой «вступительный экзамен» 26 лет назад, пройдя его в соответствии с до сих пор действующим обычаем — за ширмой. Ее игра очаровала мужчин, они проголосовали за безымянного музыканта вслепую и были весьма обескуражены, когда из-за ширмы вышла женщина.
Поэтому Анна Лелкеш была вынуждена играть с оркестром, тщательно прячась от глаз зрителей, а вопрос о ее приеме в состав коллектива постоянно откладывался под любым предлогом. Между тем полноправное членство открывает весьма богатые возможности. В соответствии со своими талантами и обстоятельствами музыканты сначала становятся членами оркестра Государственной оперы, но далеко не сразу членами филармонического оркестра, несмотря на то что оба коллектива фактически идентичны по составу. Лишь после года испытательного срока с музыкантами заключают контракт, но и это еще не означает полноправного членства. Далее следует трехлетний испытательный срок, во время которого новичок в полной мере проявляет себя и как музыкант и как человек, и только затем его принимают в члены филармонического оркестра. Испытательный срок, конечно, может быть продлен, но недопустимо отказывать в приеме, ссылаясь на то, что женщине не положено обладать полнотой прав филармонистов.
При этом никто вовсе не пытается и никогда не пытался отрицать музыкальные таланты женщин. В игру вступают совершенно иные и хорошо известные аргументы: во-первых, молодая женщина будет рожать детей и ей придется давать отпуск и искать замену; во-вторых, дамы хуже переносят тяготы и неудобства гастрольной жизни, нарушающие покой и порядок, и потому для них потребуются дополнительные расходы, что нанесет материальный ущерб оркестру.
Члены филармонического оркестра не только блестящие музыканты, любой средний предприниматель мог бы позавидовать их финансовым успехам. Они организуют свою весьма насыщенную профессиональную деятельность с минимальными расходами и ничтожными административными издержками. В настоящее время оркестр ежегодно дает 80 концертов на родине и за рубежом помимо более 140 выступлений (и 90 репетиций) в Государственной опере. Но если им придется отказаться от своих прямых обязанностей, то они вряд ли останутся без работы. И поэтому лучше, если работодатель, принимая это обстоятельство во внимание, будет советоваться с ними. Вероятно, уже само понимание этого дает ощущение уверенности в своих силах и безопасности, а также основания для неуступчивости, с которой музыканты отстаивают свои финансовые требования. Но при этом они имеют и другие принципы, от которых никогда не отказываются: право выбирать дирижера и определять репертуарную политику. Они весьма неохотно подчиняются, и целый ряд всемирно известных дирижеров — последний из них Клаудио Аббадо, а до него Рикардо Мути, Кристоф фон Донаньи, Николаус Арнонкур — смогли прочувствовать, каково это, когда члены филармонического оркестра оказывают тебе прохладный прием. Неожиданно возникающая обоюдная настороженность со временем проходит, коль скоро речь идет о больших музыкантах, ведь в конечном счете все определяет уровень таланта и профессионализма; и когда наконец дирижер и оркестр обретают взаимопонимание, то, как правило, случается большое музыкальное событие.
Каждый всерьез воспринимает их требования, и в первую очередь те, что касаются оплаты и организации работы, а также связанную с этим угрозу отказа от участия в Зальцбургском фестивале. В Австрии Венский филармонический оркестр вызывает такую бурю восторга, какую в Венгрии не каждый раз способен вызвать футбол. Считается, что здесь все разбираются в музыке, и даже если это и не так, то, во всяком случае, так считается, а потому всем ясно, что оркестр является посланником культуры Австрии: благодаря ему маленькую страну знают во всем мире. Одна только мысль о том, что музыканты не приедут на Зальцбургский фестиваль или Государственная опера заключит контракт с другим оркестром, кажется кощунственной.
В нашем мире, где далеко не все придерживаются своих принципов, следует отдать должное настойчивости и мужеству этих музыкантов, которые отваживаются, ссылаясь на свой независимый статус, отказываться от всех государственных пособий, сохраняя тем самым свою полную самостоятельность. А весной 2000 года они дали отпор тем, кто требовал отказаться от участия в днях памяти в концлагере Маутхаузен. Оркестр просто заявил, что музыка ничего не потеряет от того, что прозвучит в каменоломне. Они верят в гуманистическое послание, которое несет их искусство, и хотят, чтобы мир услышал его. И под управлением сэра Саймона Рэттла оркестр исполнил бетховенскую симфонию № 9 в бывшем концентрационном лагере.